И другие слова Пшеницына были созвучны мыслям Устина: «Еще страшнее – это умирать тараканом запечным, без борьбы, без боя. Но надо помнить и другое, что куда легче затравить человека, честного человека, чем вытащить его из той пропасти, куда он начинает падать, сделать его снова человеком. У вас, Устин, есть проступки, но некоторые из них порождены нашим неверием. Затравленный волк так и останется трусом, затравленный же человек может стать негодяем, станет исподтишка красть у людей не принадлежащее ему».

Устин не считал себя затравленным волком, но думал, что затравленным волком мог стать Журавушка. Корил себя за то, что не сказал Пшеницыну, что побратим жив.

«Почему я не сказал, что он жив? Жалею. Нет. Просто знаю, что Журавушка не бандит. Но и не бандит может много бед натворить…»

Снова и снова Устин ломал голову над тем, зачем же Кузнецов приходил на Кривую, но не находил ответа.

Не мог Устин домыслить за Кузнецова. Не мог по тем причинам, что задачи у Кузнецова были куда скромнее, чем думали другие.

Кузнецов понял, что банду его скоро обложат. Значит, надо готовиться к побегу в Китай, чтобы там соединиться с Тарабановым. Может, наоборот – обойти Тарабанова. Решил проверить, жив ли Черный Дьявол, которого он боялся больше, чем чоновцев. Он знал, что многие из тех, кто его поддерживал, отвернулись. НЭП, казалось, дал свободу действий: паши землю, торгуй, добывай пушнину, сам богатей и делай богатой Россию, Советскую Россию. Зачем же теперь он – Кузнецов? Всё, надоел, осточертел! Он был неглупым человеком и понимал, что таежники устали от него, как устают от нудливого и злого человека. Устают от его бесконечного брюзжания, охаивания всех и вся. И если это каждый день, каждый час, то бежать от такого человека хочется.

Кузнецов анализировал, искал выход. Решил, что выход лишь один: забрать дорогие корни женьшеня с плантации, и то золото, что награбил за многие годы, уйти за границу и начинать жить другой жизнью. Тарабанова надо обойти. Завести торговлю и выходить в люди. Отвоевался. Копать женьшень он научился: показали манзы под страхом смерти. Все сделает сам, лишь бы там не было Черного Дьявола.

Оставил банду в устье речушки, приказал Хомину и Мартюшеву строить землянки на случай отступления, взял с собой десять надежных бандитов и ушел к пещере.

Арсё и Журавушка сидели у входа в пещеру, вырезали острыми ножами незамысловатые фигурки зверей, людей. Всё руки в работе. Плантацию они пропололи, посожалели, что кто-то побывал на ней уже второй раз, снова оставив на прилавке два человеческих скелета. Кто бы это мог быть? Кто знает об этой плантации?