– Ну ладно.

Галпин щелкнул резинкой, стягивающей его блокнот, и убрал его. Застегивая куртку, он оглянулся на своих спутников с видом человека, который сделал всё запланированное и должен перейти к другим делам.

– Нам пора, – сказал он.

Они собрались уходить. Гай сказал, что отвезет Инчкейпа, и вышел на улицу, чтобы найти такси. Уже снаружи Галпин сказал:

– Я считаю, что он сам напросился.

– Каким образом? – спросил Гай.

Галпин указал пальцем на Бюро.

– Что бы ему ни говорили, он отказывался закрывать Бюро. Но дело не только в этом. Готов побиться об заклад, что эти ребята его знали. Слишком хорошо знали, я хочу сказать. Вот почему он молчит. Он всегда был пройдохой. Если хотите знать мое мнение, у них на него что-то есть.

– Что за чушь! – с отвращением сказал Гай. – Очевидно, это была гвардистская атака.

Галпин фыркнул. Забравшись в автомобиль, он на прощание сообщил:

– За свои удовольствия надо расплачиваться, знаете ли.

Инчкейп вышел на улицу, неубедительно изображая бодрость. Забираясь в такси, он чуть не упал, и Гаю пришлось поддержать его.

При виде хозяина Паули ахнул и всплеснул руками. Инчкейп оттолкнул его с дружелюбным нетерпением:

– Иди-ка лучше завари нам крепкого чаю.

Пока они пили чай, Инчкейп с удовольствием рассуждал о том, как умно он поступил, назвав сэра Монтегю главой разведки.

– Видели бы вы их лица. Они знают, что до старика им не дотянуться. А поскольку ответ на свой вопрос они уже получили, то не знали, о чем еще меня спрашивать.

Когда Гай и Гарриет собрались уходить, Инчкейп сказал им:

– Ради всего святого, ни слова не говорите Пинкроузу. Он будет в панике. Обещайте: ни слова.

Они пообещали.