Ваш сын[1029] совершенно прав, разглядев на щите голубей Таубе[1030]. Около Святой Воительницы мне хотелось собрать побольше добрых знаков.

Вижу, что мой проект двухнедельных писем не состоялся, потому во благо дел перехожу к недельным. Сердечный привет от всех нас всем Вашим.

309 Н. К. Рерих — М. де Во Фалипо

309

Н. К. Рерих — М. де Во Фалипо

3 марта 1932 г. Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия

3 марта 1932 г. Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия

[Мой дорогой Друг!][1031]

Очень благодарю Вас за сообщение о предположенной выставке Тюльпинка. Барон Таубе сообщит Вам мои соображения, посылаемые ему с этою же почтою.

Конечно, ни мы, ни наши американские сотрудники и не думали относиться недружелюбно к выставке Тюльпинка[1032].

Как Вы и просили, я рекомендовал телеграфно нашему Комитету фонда Пакта[1033] поддержать проект Тюльпинка в размере 50 тысяч бельг[ийских] франков. Конечно, жаль, что Тюльпинк упустил сейчас столько времени, но ведь если бы выставка открылась даже несколько позднее, то какая-то пара месяцев не может иметь решающего значения в жизни самого Пакта. Хотя сейчас, как Вы знаете, финансовое положение всего мира необычайно потрясено и некоторые ценности, как сообщила нам вчерашняя почта, упали в 64 раза. Можете представить себе, что происходит, когда чье-то состояние уменьшается в 64 раза.

Тем не менее прошу Вас передать г-ну Тюльпинку мой привет и полное доброжелательство его выставке и мою сердечную надежду, что Американский Комитет фонда Пакта изыщет требуемую им вышесказанную сумму. Конечно, я считаю совершенно невозможным на этой же выставке выставить мои картины и прочие предметы наших Учреждений, ибо злонамеренные люди, несомненно, сочли бы это саморекламой и сказали бы, что мы своекорыстно хотим использовать идею Пакта. Такое обвинение мы должны избежать всеми мерами, ибо с самого своего зарождения идея эта горит во мне светло и бескорыстно и без какого-либо блефа.

Все мы надеемся, что Ваше здоровье и все около Вас хорошо, и все мы шлем Вам наш сердечный привет.

310 Н. К. Рерих — Л. Дабо*

310

Н. К. Рерих — Л. Дабо*

5 марта 1932 г. Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия

5 марта 1932 г. Наггар, Кулу, Пенджаб, Британская Индия

Мой дорогой добрый Друг,

Только что получил журнал с Вашей вдохновляющей статьей о выставке работ на религиозные темы[1034], проходившей в наших Учреждениях. Я как раз собирался написать Вам письмо, но, прочтя Вашу статью, почувствовал непреодолимое желание сердечно пожать Вашу руку через все океаны. Какую прекрасную миссию Вы выполняете, привлекая внимание к возвышающим дух творениям! И во всех Ваших картинах Вы создаете то торжественное «настроение», которое может гармонизировать и подымать смятенный дух человеческий. Настали исключительно трудные времена. И, как всегда, все созидатели и просветители с особой остротой ощущают последствия мировых потрясений. То, что человечество должно ценить и оберегать более всего, в первую очередь оказывается в небрежении. Со всех концов света до меня долетают известия о неслыханных экономических трудностях, в которых оказались художники и ученые. Такое чувство, что это не временное затруднение, но подточены устои Культуры. Еще недавно было бы странным говорить о том, что Культуре грозит какая-либо опасность, но сейчас это уже не трюизм, это настоящий призыв о помощи. Но эти трудности должны еще более сплотить нас. И сейчас Ваши статьи и лекции особенно нужны. Отныне они носят не только образовательный характер — они становятся героическим деянием, за которое человечество и грядущее поколение должны быть благодарны. Когда каждый из нас оказывается перед лицом бедствий и терпит лишения, в этом общем напряжении рождается новая энергия, которая привлекает весьма неожиданные новые возможности. Однако для этого необходимы исключительная искренность и сердечное единение. Как на судне, которое терпит бедствие и подает сигнал S. O. S., звучит приказ забыть все разногласия и ссоры, так же теперь и мы, все собратья по искусству и ученые, должны обратиться друг к другу с общим призывом: «Объединимся же все в одно воинство, чтобы защитить сокровища искусства и знания, святилища духа и творчества». Каждое разъединение или разрушение должны расцениваться как преступление против Культуры.