— Я и сам хотел так поступить, — ответил Всеволод. — Как же иначе? Ведь князь Изяслав, твой супруг, погиб за моё дело. Тяжело это, княгиня. И я не хочу быть неблагодарным. Не стану и Вышгород у Ярополка отнимать. Пусть владеет.

Он горестно вздохнул, уныло потупив очи.

— Да, тяжело. Вот не любила совсем Изяслава, а сколько слёз пролила! Словно он — самый мне близкий человек.

Всеволод едва сумел скрыть на губах горькую усмешку.

«Нет, Гертрудушка, краса ненаглядная, не любовь ты потеряла — власть вышнюю. Отныне кто ты есть? Княгиня? Нет, ты вдова, просто вдова жалкая. Не повелевать тебе больше, но мыкаться по чужим домам сыновним и дочерним да терпеть поношения от снох и зятьёв! И принимать-то тебя будут в теремах да в хоромах боярских одной лишь милости ради».

Они вышли из палаты в длинный прямой переход.

— Это не всё. Не вся плата, — сказала вдруг Гертруда.

— Что же ты ещё хочешь? — удивлённо спросил Всеволод.

— Что? А ты догадайся, подумай. — Она вдруг резким движением сорвала с головы убрус. — Помнишь ту ночь, на соломе, в моём селе? Давай забудем все наши ссоры. Будем вместе. Ты великий князь, Всеволод, ты всё можешь. Прогони, постриги в монастырь Анну. Возьми меня в жёны. Я знаю, поняла. Изяслав не просто так погиб. Это ты... ты подстроил!

Господь с тобой! Что ты мелешь?! — Всеволод в ужасе отшатнулся от неё. — А Церковь?! А люди что скажут?!

— Церковники пошумят и успокоятся, люди быстро забудут, у них свои заботы.

— А Бог?

— Какой же ты святоша! — Гертруда презрительно поморщилась.

— Ты сошла с ума! Приписываешь мне невесть что! — возмущённо перебил её Всеволод. — Разве смог бы я?! Нет, княгиня!

Всё тело его пробирала дрожь, зубы стучали, пальцы рук судорожно сжимались в кулаки, лоб покрыла холодная испарина.

— Не будем препираться. Что случилось, не вернуть. Лучше пойдём, ляжем. Я хочу быть с тобой, князь, — шептала Гертруда.

— Нет, княгиня, нет. — Всеволод дрожащими дланями отстранил её от себя. — Ты... ты извини. Я не могу. Нет! Не могу! Меж нами... меж нами пропасть! Изяслав павший! Кровь, смерть! Нет! Прости!

Он круто повернулся и бегом ринулся назад, в палату.

Гертруда смотрела ему вслед с презрением и злобой.

— Ты заплатишь за это, князь Хольти! — процедила она сквозь зубы. — Не прощу тебе, ни за что не прощу! Как посмел ты пренебречь мной? Мстить тебе буду, мстить! И да будь ты проклят!