Они не будут говорить об Оле очень долго – по крайней мере, до тех пор, пока эта боль хоть немного не притупится.

– Тебе надо помыться, – после паузы говорит мать. – И повязки на руках нужно сменить. Иди же.

Первые дни после возвращения в Ленинград кажутся Вере сном. Она снова работает в библиотеке, где вместе с другими служащими готовит к эвакуации самые ценные книги. Ей – по сути, мелкой сошке – выпадает честь подержать в руках первое издание «Анны Карениной». Сжимая в ладонях неожиданно увесистый том, она на мгновение закрывает глаза и представляет, как Анна, в драгоценностях и мехах, бежит сквозь метель к Вронскому.

Чей-то резкий оклик приводит ее в чувство. Вера, подскочив на месте, едва не роняет драгоценную книгу. Краснея, она бормочет: «Прошу меня извинить» – и снова принимается за работу. За эту неделю они упаковали больше трехсот пятидесяти тысяч драгоценных изданий и отправили в надежное место. Чердак они засыпали песком, а главные фонды переместили в подвал. Все залы, один за другим, освобождаются от книг, заколачиваются и запираются на замок, и для читателей остаются только самые тесные помещения.

К концу смены плечи у Веры ноют, а поясницу ломит после всех поднятых и перетащенных ящиков, но ее дела на этом не завершаются. Прежде чем вернуться домой, она идет, озираясь, мимо замаскированных зданий и встает в первую же обнаруженную очередь.