Он посмотрел на нее. Мэриен увидела, как в нем зашевелилось прежнее лукавство, и решила, он сейчас что-нибудь предложит или начнет шутить, но Калеб сказал:

– Я уже бывал на ранчо Баркли Маккуина.

– Бэннокберн.

Калеб кивнул.

– Какие-то его компаньоны нанимали меня на охоту. У нас было разрешение. Славное место. Дом вполне.

– Вполне хороший или вполне плохой?

Он пожал плечами:

– Дело вкуса.

– Я его видела только с воздуха. А могла бы… – Она замолчала.

Калеб закончил за нее:

– В нем жить.

Мэриен кивнула. В груди давило. Почему она боится? Калеб встал долить виски. Он стоял рядом, положив ей холодную руку на затылок. Она забыла его холод.

– Кто теперь стрижет тебе волосы?

– Тот, кому я плачу деньгами.

Он стащил ее с кресла на пол рядом с собой, положив боком в треугольник между ног, обняв, но некрепко. Долго, молча держал. Потом поцеловал в губы невинным поцелуем без последствий. После Баркли все с Калебом теперь казалось невинным.

– Сердце у тебя бьется во всем теле, – сказал он.

– Я говорю ему остановиться.

– Не останавливай.

– Замедлиться. Но оно не слушается.

– Я могу помочь тебе бежать. Есть места, где он никогда тебя не найдет.