Маркиз отстранился, но тот цепко держал его за рукав и раздувал щеки, — похоже, от распиравшего изнутри смеха.

— Простите…

Повеса не выпустил рукав, качнулся к Сен-Полю и сказал, потянувшись к его уху:

— Я ваш друг… Идите в сад, ждите меня там…

Приятная погода выманила многих на свежий воздух. Встреча в саду произошла как бы случайно, в укромной аллее, под навесом из дикого винограда.

— Советую вам, — услышал Сен-Поль, — не возвращаться в Ганновер.

— Почему?

— У вас могут быть неприятности… У вас и у московита… Из-за одного придворного. Вы догадались, конечно, о ком речь. Назвать вам его?

— Назовите!

Незнакомец не шатался. Совершенно трезвый человек шел рядом, твердо вонзая в гравий высокие каблуки, но лицо сохраняло выражение беспечное.

— Секретарь Темпельгоф, — бросил он, сорвал стебелек с зеленого свода и сунул в рот.

Сен-Поль приказал себе не терять самообладания. Источник тайных сведений раскрыт. Кем? Это главный вопрос, и ответ нужно получить во что бы то ни стало.

— Вы заплатили Темпельгофу триста золотых. Не волнуйтесь, повторяю — я ваш друг.

— Допустим, — сказал Сен-Поль, сдерживая нетерпение. — Но я с вами еще не знаком.

— Шевалье Делатур.

Он поднимал к собеседнику смеющийся взгляд, будто делился невинной проказой.

— Ваше имя ничего не говорит мне, — отозвался маркиз сухо.

Стебелек торчал из толстых губ шевалье. Сен-Полю вспомнился уличный глотатель змей.

— Вы хотите знать больше? Увольте, монсеньер! Хватит с вас того, что я здесь, перед вами…

Стебелек шевелился — гибкий и тонкий, словно жало. Сен-Поль опустил руку на шпагу. Делатур… Слишком заурядное имя, наверняка ненастоящее… Что ему нужно?