Глава 20. Херонея

Глава 20. Херонея

Перед грозой

Перед грозой

Узнав, как Александр показал себя, воюя против медов, отец теперь часто призывал его на заседания военного совета, где обсуждались планы военных действий, стратегия защиты Македонии от врагов или, наоборот, нападения. Но царевич не находил себе места среди военачальников, среди которых было немало убелённых сединами, пожилого и престарелого возраста. Тем более, что обычно такие встречи перемежались с обильными застольями, до которых он не дорос, и желания не было. Юноша жаждал конкретных действий, от их отсутствия нервничал и не знал, куда приложить рвущееся наружу усердие. Отец видел его терзания, поэтому надумал хорошее дело: поручил сформировать резервный конный отряд. И хотя численность его подразумевалась до двухсот всадников, использовать отряд предполагалось как вспомогательный. Но Александр был безмерно счастлив доверием отца. С этого дня он с головой окунулся в заботы о подборе участников, амуниции и прочего приложения к подобному воинскому подразделению, безумно мечтая как можно скорее схватиться с врагами Македонии.

* * *

Схватка не на жизнь, а на смерть намечалась скорая. Для этого имелись все основания. Отношение жителей греческих городов к Македонии менялось в худшую сторону, доверие к царю Филиппу на фоне нарушений принятых им мирных обязательств падало. Афинам, главному противнику македонской экспансии, надоела неопределённость взаимоотношений, когда ни войны, ни мира, и усилия одержимого ненавистью Демосфена, лидера антимакедонской партии, наконец нашли понимание в сердцах даже сомневающихся сограждан. Неистовый оратор с воспалёнными от бессонницы глазами, пользуясь беспрекословным доверием большинства граждан, взывал в Народном собрании: «Где же тот предел, до которого мы будем все отступать? Когда же, граждане афинские, у нас явится желание исполнять свои обязанности?»

Подоспел расцвет политического бытия Демосфена. Повсюду говорили только о нём и ненавистном царе Филиппе, грядущей войне с Македонией как о возмездии тирану. Зная гражданскую позицию Демосфена, порядочность, преданность отечеству и справедливость, афиняне согласились с его требованием немедленно предать суду всех сторонников македонского царя. Для острастки всем остальным начали преследование Филократа и Эсхина, блистательных соперников Демосфена. Их обвиняли в продажности македонскому царю, что было недалеко от действительности.

Суд состоялся, скорый и немилосердный: Филократа казнили, а Эсхина приговорили к уплате непосильного штрафа в тысячу драхм*. Эсхину ничего не оставалось делать, как оставить политическую карьеру и удалиться изгнанником в Эфес*.