Специального массового расстрела, по свидетельству В. С. Арьсеньева, не было.

Командующий Московским военным округом полковник К. И. Рябцев стремился решить возникшее столкновение с большевиками мирно. Он не вызывал из Калуги полки, готовые прийти на помощь. При этом юнкера на митингах, считая, что Рябцев, сковывая инициативу своих подчиненных, проявляет колебание, требовали отставки полковника Рябцева.

К вечеру 27 октября командующий Московским военным округом полковник Рябцев объявил город на военном положении и предъявил большевикам ультиматум об упразднении Военно-революционного комитета.

Военно-революционный комитет ответил на это призывом к рабочим Москвы объявить всеобщую забастовку и выступить на борьбу «за власть Советов». Военно-революционный комитет временно отступил и начал мобилизацию в рабочие отряды во всех районах Москвы.

Казалось, в эти дни Москвой правило безумие. На улицах шли кровопролитные бои. Ожесточение с двух сторон нарастало… Когда на Пречистенке пули цокали о постамент памятника русскому писателю Гоголю, работы скульптора Андреева, прапорщику Лозе казалось, что певец Малороссии грустно смотрит на них, ведущих бой, глазами, полными боли и печали…

Городское эхо, отражаясь от стен домов, причудливо искажало звуки выстрелов, и Николаю Лозе было трудно определить, откуда идет по его людям стрельба, Отвечать приходилось часто наугад. Даже в надвигающихся сумерках было видно, как пострадала Москва за время боев.

К утру 28 октября стрельба в городе усилилась. Бой шел у дома Градоначальника. Все стекла дома были выбиты. Было дымно, что-то в доме горело… Защитники дома, прячась в простенках, стреляли из винтовок по нападавшим красногвардейцам. Те наседали. Но вот со второго этажа дома раздалась частая дробь, это заработал ручной пулемет «Льюис». «Льюис» подействовал на красногвардейцев убедительно, и их атака захлебнулась.

Днем 28 октября добровольцы укрепились в Кремле. Юнкера создали опорные пункты во всем ближайшем районе.

В середине дня через гражданских лиц в штабе округа стало известно, что большевики захватили Симоновские пороховые склады, вагоны с оружием в Сокольниках и что на их сторону перешла 1-я запасная артиллерийская бригада.

Ближе к вечеру 28 октября дом Градоначальника большевики стали обстреливать из орудий. Стены здания сотрясались от разрывов. Стало понятно, что это пушки 1-й запасной артиллерийской бригады. Было ясно, что дом не удержать. Добровольцы получили приказ отходить к Александровскому юнкерскому училищу.

Весь следующий день 29 октября в городе шли бои с переменным успехом. Наиболее тяжелые бои были на Остоженке у здания штаба округа и у Зачатьевского монастыря. Добровольцы несли потери. В группе прапорщика Н. И. Лозы были раненые. Заканчивались патроны.