6 марта 1614 года Арслан Алеевич получил из приказа Казанского дворца, где ведалась в ту пору Мещера, жалованную грамоту «за красной печатью», в коей он впервые назван «касимовским салтаном». Для принятия присяги русскому царю Арслан был приглашен в Москву, но перед самым государевым приемом произошла заминка. Неясно было, куда, собственно, царевича сажать? По родству он, конечно, чингизид, и к государю сидеть должен близко, как во времена Ивана Грозного. Однако, как сажать татарина, воевавшего за самозванца, выше родовитых бояр, приведших на трон царя Михаила? В спорах едва не дошло до драки, и все-таки решение было найдено, «посадили царевича высоко». Из сохранившихся документов следует, что приглашенный на тот же прием посланник английского короля Иакова Джон Мейрик был посажен значительно дальше от государя, чем касимовский царевич.

6 августа Арслан был официально объявлен касимовским царевичем. К гордому званию царевича прилагались: «касимовский посад, таможни, кабаки, мельницы, перевозы, рыбные ловли, сенные покосы, 7 сел с приселками и 8 деревень, а также татарские судебные пошлины».

Городец погоревший

Городец погоревший

Каким увидел Касимов приехавший из Москвы Арслан? Вряд ли его порадовал вид сгоревшего города. Более всего пострадали посады и крепость, как это обычно бывает при штурмах. Стены сгоревшего старого Городца на Улановой горе строить заново не стали. Так город на Улановой горе прекратил свое существование, остался один посад. Старый посад, который скоро разросся и занял весь мыс.

Существенно изменилось население, теперь крепость защищал русский гарнизон, здесь активно селились семьи стрельцов и пушкарей, прочие православные. Оформлялся новый городской центр вокруг Вознесенского собора на новой площади. Русские и мишари стремительно обживали посады и слободы.

В городе и сейчас хватает оврагов, во времена Арслана их было много больше, они делили Касимов на несколько неравных частей. Самым большим и населенным районом города стал Новый Посад. Сюда же входила вновь строившаяся Марфина слобода (Марфы Ивановны – матери царя Михаила Федоровича) за Никольским оврагом, где селились в основном русские и крещеная мордва. Эта часть города с православными храмами также управлялась касимовским воеводой. И не обязательно русским: ко времени возвращения Арслана в Касимов воеводой был (с 1613 года) сибирский мурза Исиней Карамышев. Возможно, так Москва посылала всем бывшим мятежным татарам сигнал, что опасности для лояльных мусульман нет, можно возвращаться.