«Позвольте, мастер Якоб, — возразила я. — Нам нужно сначала побывать кое у кого из наших друзей и добыть у них денег. У нас их сейчас нет, а все драгоценности мы отдали вам».

С минуту он пристально смотрел на нас, потом сказал:

«Я не могу отпустить без денег двух дам, сознавшихся, что у них их нет. Я выдам вам некоторую сумму в расчёте на обязательство графини, хотя, по всей вероятности, по нему нельзя будет получить ни гроша».

И он вынул несколько золотых монет.

«Это деньги, покрытые кровью. Впрочем, я думаю, вы не обратите на это внимания. Идите и спросите там шкипера мастера Рейбена. Его дом — шестой от ворот. Иногда он берёт с собой пассажиров, которые хотят путешествовать спокойно и без всяких волнений. Скажите ему что вы от меня. Он поймёт. А теперь идите скорее».

Через несколько минут мы были уже на улице. Морозное дыхание зимней ночи коснулось наших щёк. Мы шли быстро и молча, пока не дошли до указанного нам дома. Мы постучались, но дом продолжал оставаться тёмным и безмолвным. Мы опять начали стучать, подходили к окнам, но по-прежнему никого не было видно. Это нас взволновало: и время шло, да и холодно становилось на улице. Мы было уже хотели одни отправиться к главным воротам, полагаясь на свои силы и удачу, как вдруг ворота соседнего дома немного приотворились, и какой-то голос спросил:

«Кого вам нужно?»

Мы сказали.

«Мастера Рейбена сейчас нет. Но его жена дома. Зачем он вам нужен?» — опять спросил голос.

«Нам сказали, что иногда он берёт с собой одного или двух пассажиров».

После этого ворота открылись настежь, и из них вышла какая-то женщина. Она подошла к нам поближе и сказала:

«Он не может взять вас с собой. Он уже уехал. Вам нужно скоро ехать?»

С минуту я колебалась. Но большинство людей в этом квартале — еретики, и я решилась довериться ей.

«Да», — отвечала я.

Она снова взглянула на меня и пригласила нас войти в дом.

«Здесь нельзя об этом говорить», — прибавила она.

Когда мы вошли в комнату, она быстро и прямо спросила:

«Вас разыскивает инквизиция?»

«Да», — отвечала я.

«В таком случае, нужно ехать сейчас же, — серьёзно проговорила она. — Здесь оставаться нельзя. Я вас не выдам, но могли видеть, как вы вошли ко мне в дом, и всегда найдётся человек, который об этом донесёт. Вы должны попытаться как-нибудь пройти через ворота. Я не могу вам помочь — у меня муж и дети. Но теперь ещё не поздно, и за воротами есть гостиница. Может быть, завтра утром вам удастся найти там лодку».