«Марион, что случилось?» — вскричала она.

«Мастер Якоб хочет помочь нам бежать», — отвечала я.

«Я знаю. А как дон Педро?»

«Дон Педро мёртв. Я убила его».

Мне не следовало говорить этого так резко, так внезапно. Но мои нервы были слишком напряжены. Изабелла схватила меня за руку и в ужасе бросилась в сторону.

«О, твои руки в крови!» — воскликнула она.

Но через секунду она поднесла мою руку к губам и поцеловала её.

«Прости меня, Марион, ты сделала это ради меня, я так, по крайней мере, думаю, если я…»

Она не окончила фразы. Дрожь побежала у неё по всему телу.

Мастер Якоб повелительно приказал нам уходить. Он провёл нас по низким, тёмным коридорам, в которых, кажется, нельзя было найти дорогу и днём. Проскользнув почти ползком в тёмное и низкое отверстие, мы вдруг очутились в просторной комнате, освещённой ослепительно ярко.

«Ну, теперь выбрались, — произнёс мастер Якоб. — Вот вам платье. Снимайте своё и надевайте вот это. Да живо!»

Церемониться было некогда. Мы сделали, как он сказал. А он в это время чем-то занялся у стола.

«Теперь графиня пусть подпишет вот это обязательство и вручит его мне. Время теперь ненадёжное, и я, быть может, не дождусь от неё ни гроша, но, чтобы не забыть о том, что она должна мне заплатить, пусть она подпишет эту бумажку».

Он передал ей перо и чернила и заставил её подписать обязательство на двадцать тысяч флоринов.

«Вы — деловой человек!» — заметила Изабелла, кончив писать.

«Я человек бедный и должен думать о себе, — отвечал он. — Я понимаю, что вы и сами должны были бы сделать для меня что-нибудь в этом роде. Имея в виду, что речь идёт о жизни и чести вас и вашей родственницы, это совсем недорого. Но если вы предпочитаете оставаться здесь, то не впутывайте, по крайней мере, меня в это дело».

«Не бойтесь, мастер Якоб, — промолвила Изабелла, взглянув на него с презрением. — Имея в виду, что речь идёт о графине Изабелле де Хорквера и её родственнице, — это недорого, как вы сами сказали. Я надеюсь, что отец оставит мне достаточное состояние, чтобы расплатиться с вами».

«О. я человек практичный. Я нарочно поставил круглую сумку. Я люблю их в счетах. С ними хлопот меньше. Но я никогда не требую больше того, что человек может заплатить. Ваш отец легко уплатит эту сумму, — прибавил он с гримасой, означавшей улыбку. — Я не так ценю это обязательство, как боюсь мщения дона Хаима. Можете передать ему это, если когда-нибудь увидите его, — проговорил он, делаясь серьёзным. — Теперь я должен просить вас оказать невиданную честь комнате палача и пожаловать туда. Дона Педро нашли раньше, чем я успел вас спровадить отсюда. Вы должны немедленно выехать из города, прежде чем будет отдан приказ часовым у ворот. Дон Альвар явится сюда сию минуту. Он ненавидит дона Хаима. К счастью, он человек глупый и не сразу сообразит, что нужно делать. Таким образом, времени у вас будет довольно. Вы имеете красивую внешность, и эти платья вам к лицу, хотя они и принадлежат жене и дочери палача. Впрочем, от них ведь не пахнет палачом. Идите же скорее. Я выпущу вас и покажу вам кратчайший путь к воротам».