– Какие меры принимаются для борьбы с болезнью?

– Никаких, господин.

– То есть?

– Я же сказал, префект Юлиан скончался, а командовать ему еще остается неделя, ведь все шестеро префектов руководят преторием поочередно, по месяцу. Никто не отважился сообщить господину эту новость.

– Положение серьезное?

– Не так чтобы очень, но количество смертей перевалило за несколько тысяч. Люди живут скученно, дыхание одного достигает дыхания другого, вот зараза и перепрыгивает с заболевшего на здорового.

– Так пусть наведут порядок!

– Кто?

– Консулы.

– К сожалению, консул последнего месяца Опилий Апрониан тоже отправился в Аид.

– Так вызови Бебия Лонга! Хватит ему прохлаждаться в Паннонии.

– Мудрое решение, господин.

– Что там, в лагерях?

– Солдаты ропщут. Летом, когда ты, господин, соизволил назначить сразу шесть префектов, среди преторианцев началась неразбериха. Сломалась очередность дежурств, и сейчас во дворце то две смены караулов, то три, а то ни одной.

– Что ж, вот и пробил твой час, раб. Я назначаю тебя префектом. Единственным и главным. Твоя задача – навести порядок в гвардейских когортах.

– Раздать им деньги?

– Да, это лучшее успокоительное, какое только существует на свете.

– Но в казне нет денег, господин.

– Куда же они исчезли? – удивился император. – Хорошо, я разрешаю тебе продать несколько хлебных провинций. Богачи в Риме всегда найдутся. Только не продешеви. Должно хватить и на преторианцев, и снабдить меня средствами, чтобы я мог заняться более важными делами.

– Какими? – не удержался от вопроса спальник.