Один из них под угрозой запел даже о Курпе и обещании Журихи, которую сперва хотели схватить, но среди этого замешательства баба, догадываясь, что её может ждать, исчезла.

Грустный и одновременно радостный был этот приезд Шарого домой. Привело его Провидение в самый опасный час.

Когда Домна после обморока открыла глаза и увидела его перед собой, поднялась, прижимаясь к своему защитнику.

Он казался ей чудесно присланным с неба…

Флориан обнял её и прижимающихся к нему детей, которые, как дети, от слёз перешли скоро к великой радости, забыв минутный страх.

Вошёл и старый Далибор, нахмуренный, уставший, едва в состоянии держаться на ногах.

Не говорили между собой – только глядели и благодарили Бога.

Мрачный Флориан думал уже, как сможет обеспечить покой семье, когда сам через несколько дней вынужден будет двинуться обратно.

Нападение этого дня лучше всего доказало, как дерзок был этот сосед и враг, который поджидал минуту, дабы отомстить.

Гарнизон был слишком маленький… Один старец не мог справиться с обороной.

Знал уже Шарый своего противника, что, уйдя живым, каяться не будет, устрашить себя не даст и тем худшую месть запалит. Рассчитывать на то, что он был позорно прогнан и ранен, Флориан не мог.

Остался бы дома для охраны, но обещал воеводе; часть своих людей он оставил в лагере, поэтому должен был вернуться, и то скоро…

Только теперь, когда уже нападающих не было, начали стягиваться люди из деревень и у ворот поднялся шум, потому что хозяин и командующие винили их в умышленном опоздании. Поселенцы отговаривались тем, что в огненных знаках не были уверены, что ночь тёмная и плохие дороги поспешить не позволили.

Для устрашения должны были солтысов посадить в подземелье. Из кучек выбрали паробков для умножения гарнизона, и сам Далибор вышел, чтобы восстановить какой-то порядок.

На скорую руку нужно было поправить ворота и заборы, поэтому сразу взяли из кучки людей с секирами, начали стягивать балки и колоды…

Тем временем Флориан отправил посланца в Лелов своему шурину Леливу, чтобы прибыл на совещание и помощь.

Наступило утро после той страшной туманной хмурой ночи, а здесь на мгновение никто заснуть не мог. Обивать ворота и укреплять замок было первой необходимостью, которую Шарый перед выездом должен был уладить.

Эти кучки, чувствуя свою вину, старались её удвоенным рвением замазать.

Потеряв из группы нападавших убитыми, ранеными и взятыми в плен десяток человек, раненый Никош, побитый ещё ночью, дошёл до своей горки и, опасаясь возмездия, запер ворота, наказав людям стать у валов.