Чтобы принять на себя ответственность за все племя, требовались время и опыт. Когда же она буквально сваливалась на голову, вместе с ней приходило и напряжение. Его создавало осознание того, что от твоего решения зависит выживание сотен человек.

После четырех дней переговоров совет наконец стал близиться к завершению, и по кругу пошла трубка. Если человек принимал ее, это означало, что он пойдет с Бизоньей Мочой. Если отказывался, значит, он остается. Пахаюка пропустил трубку, отказавшись от затяжки. Странник не заметил облегчения на лице Бизоньей Мочи, но знал, что он доволен, — рядом с Пахаюкой было бы трудно сохранить авторитет вождя. Многие из собравшихся в типи могли слышать о Страннике благодаря его репутации, но Пахаюку все знали лично.

Должно быть, ему тоже не терпелось выступить вместе со всеми, но, как обычно, здравый смысл в нем возобладал. Тем пенатека, кто решил остаться, тоже потребуется вождь. А если остается Пахаюка, то остаются и Знахарка, и Рассвет со своим семейством. Это хорошо.

Трубка все приближалась, а Странник никак не мог решить, как следует поступить ему самому. Подняв глаза, он перехватил мимолетный взгляд Бизоньей Мочи. Вождь отвел глаза так быстро, что заметить этот взгляд мог только тот, кому он предназначался. И решение было принято. Странник принял трубку и сделал глубокую затяжку. Сжимая трубку в руках, он произнес самую короткую речь в совете:

— Я — не пенатека. Я — квахади. Но мое сердце здесь, с друзьями и родичами. Их враги — мои враги. Техасцы отобрали земли у Едоков Меда. Когда-нибудь они могут попробовать проделать это и с нами. Бизонья Моча собирается им помешать. Он хочет истребить их или выгнать с наших земель навсегда, показав мощь Народа. Я пойду с ним и помогу, насколько это в моих силах.

Бизонья Моча собирался объявить войну Республике Техас, и помощь ему не помешает.

Глава 31

Глава 31

Сотни щитов и наконечников копий поблескивали в свете полной луны. В ночном походе их сопровождали миллионы роившихся вокруг светлячков. Окрестные холмы, казалось, сами ожили и пришли в движение, будто морские рифы в водовороте рыбьих косяков. Повсюду слышались пугающе равномерный скрип кожи и глухие удары тысяч копыт. Время от времени раздавался щелчок хлыста по спине упрямого мула; ржали и фыркали кони. Тихо постукивали, волочась по камням, длинные шесты, раздавался хруст веток. Но никаких разговоров или смеха. Никаких звуков, издаваемых человеком. И никакого лязга металла. Бизонья Моча со своими воинами, числом более тысячи, двигался в основном по ночам, упорно держа путь на юг и восток. Это была настоящая армия, с которой для поддержки ехали женщины и дети. Они прошли так близко от Остина, что разведчики команчей даже останавливались на утесах, чтобы посмотреть на мерцающие костры и отблески свечей в окнах хижин.