Наблюдая за молодым вождем, Странник пытался понять, когда тот начал меняться. Наверное, еще до того, как две недели назад они покинули основной лагерь. Всеобщее поклонение могло вскружить голову кому угодно. Целый день воины отряда гордо разъезжали по огромному лагерю в колонне по два, распевая боевую песнь. Вдоль их пути выстроились женщины, протягивавшие им части одежды на удачу и обещавшие теплую постель по возвращении. Празднество тянулось больше недели. Народ восхвалял Бизонью Мочу, куда бы тот ни пошел. Он был их мстителем, их оружием, призванным вернуть былую славу. Они считали его непобедимым. А теперь он и сам в это уверовал.

Верить в то, что чья-то магия достаточно сильна, чтобы сделать его неуязвимым, было делом обычным. Но вот считать, что она способна сделать неуязвимыми целую тысячу человек, значило возлагать на своих духов слишком тяжкое бремя. Тянулись дни, мили, Народ грабил и убивал, брал пленных и беспрепятственно двигался к Большой Воде, и Бизонья Моча становился все более заносчивым. Он стал враждебно воспринимать предложения и критику своих помощников.

Теперь Бизонья Моча поднял щит, а другой рукой взялся за сигнальный свисток, подвешенный на ремне к искусно изготовленному костяному нагруднику. Свисток был сделан из орлиной кости, раскрашен и декорирован длинной бисерной подвеской, отделанной пушистыми перьями с орлиной груди. Вождь пронзительно свистнул, издав звук, похожий на клекот орла, и одновременно качнул щитом. Воины с боевым кличем погнали коней вперед, и клин, раскрывшись, подобно крыльям, устремился к городу.

Странник и Бизонья Моча гнали лошадей вслед за воинами, которые направлялись к ближайшему зданию на окраине селения. У дверей таможни стоял один-единственный человек с ружьем. Он успел выстрелить всего раз, после чего воины налетели на него, и он рухнул как подкошенный. Топча его, всадники спрыгивали с лошадей и пытались всей толпой вломиться в дверь.

Первым обратно вышел Жесточайший, продираясь сквозь тех, кто все еще пытался забраться внутрь. За ним следовали его приятели — Тощий Урод и Ищущий Жену. Они волокли отчаянно молотившую ногами и визжащую женщину туда, где было больше пространства для маневра. В самом здании таможни творился кромешный ад. Воины разбивали каждый сундук и опустошали каждый ящик. Но, обнаружив только бумаги, они принялись крушить и разбрасывать повсюду мебель. Бизонья Моча сказал, что именно отсюда в Техас попадали товары белых, и обещал богатую добычу. А они не нашли ничего, кроме бумаги!

Те, кто так и не смог войти внутрь, ждали, пока Тощий Урод закончит раздевать женщину. У многих из них никогда еще не было белой женщины, а город может и подождать, пока они покончат со своими делами. К тому же она казалась прекрасной по любым стандартам красоты: с волосами, подобными солнцу, с почти такой же пышной, как у женщин Народа, фигурой, но с осиной талией.