По его участку вопросов у начальника цеха не было, и Виктор все совещание просидел, молча, наблюдая за мастерами, которые пытались оправдаться перед Ниной Константиновной за невыполнение сменного задания.

Наконец, совещание закончилось. Все стали с шумом расходиться. Абрамов направился к двери кабинета, когда его остановил голос начальника цеха.

– Абрамов, задержись на минутку, – произнесла она.

Виктор присел на стул и стал ждать, когда она освободится.

– Я, что тебя оставила, – сказала она и пристально посмотрела на него.

«Сейчас, наверное, начнет прокачивать очередные сплетни», – Абрамов, мысленно, сосредоточился, чтобы дать ей достойный отпор.

– Вчера вечером мне позвонили из парткома завода и попросили тебя зайти к ним в одиннадцать часов. С тобой лично хочет встретиться и переговорить секретарь партийной организации.

У Виктора в памяти сразу же всплыл его последний разговор с Первым секретарем Пестречинского райкома партии.

«Неужели нажаловался? – задал он себе вопрос. – Вот уж не думал, что эти люди так боятся критики в свой адрес».

– Абрамов, ты что застыл? – спросила она его.

– Как-то все неожиданно, – ответил Виктор. – Скажите, а по какому вопросу он вызывает меня?

– А я, откуда знаю? Я только передала его просьбу.

Она врала. Виктор мгновенно это почувствовал, лишь взглянув на нее. Нина Константиновна отвела глаза в сторону. Абрамов связал ее слова с информацией, которую вчера ему выложили рабочие, о том, что он скоро поменяет место работы. Поняв, что он ничего от нее не добьется, Виктор вышел из кабинета.

В одиннадцать часов Абрамов был в парткоме завода. Белов – секретарь парткома, встретил его на пороге кабинета и, по-отечески обняв Виктора за плечи, повел к столу. Это было столь неожиданным, что Абрамов совершенно растерялся и не знал, как себя вести.

– Виктор Николаевич! – начал он свою речь. – Из райкома партии поступила разнарядка. Нашему заводу рекомендовано отобрать одного члена партии и направить его на работу в органы внутренних дел. Мы долго думали, совещались, кого направить, и остановились на вашей кандидатуре. Если мне не изменяет память, вы сражались в составе ограниченного контингента наших войск в Афганистане.

Он ободряюще посмотрел на Абрамова, однако он сидел на стуле и молчал. Виктор не знал, что ему ответить на вопрос. Данная им подписка исключала возможность что-либо говорить на эту тему.

– Я все понимаю, – произнес Белов, – подписка и все такое. Я не заставляю вас нарушать данные обязательства, но согласитесь, что вы – самая нужная кандидатура на это выдвижение.