– Да, Абрамов. Я вас слушаю…

– Здравствуйте, с вами говорит следователь прокуратуры Кашапов. Нам необходимо встретиться по интересующему вас вопросу.

– Нельзя ли точнее?

– Можно. По делу Николаева. Вопросы еще есть?

– Нет.

– Тогда я вас жду в восемнадцать тридцать в кабинете номер четыре прокуратуры.

Виктор положил трубку и посмотрел на Нину Константиновну, которая, затаив дыхание, прислушивалась к разговору.

– И вечный бой, покой нам только снится, – произнес Абрамов и направился к двери.

Он спиной чувствовал, провожающий взгляд начальника цеха, от которого ему было немного неуютно. Закрыв за собой дверь, Виктор облегченно вздохнул. До назначенного следователем времени было еще два часа.

***

Абрамов подъехал к парку имени Петрова и медленно направился в сторону прокуратуры. Загасив сигарету, он толкнул дверь и вошел в здание. До этого момента ему еще ни разу не приходилось быть в прокуратуре района, и поэтому Виктор побрел по длинному узкому коридору, рассматривая номера на дверях кабинетов. Вот и нужный ему кабинет. Дверь кабинета была открыта. За дальним столом сидел следователь Кашапов и что-то писал на листе бумаги.

– Разрешите?

– Да, входите. Вот, присаживайтесь на этот стул.

Абрамов, молча, сел и взглянул на него. Поймав на себе его взгляд, следователь оторвался от бумаг и произнес:

– Вот видишь, Абрамов, все мои коллеги ушли домой, а я вынужден здесь сидеть и разбираться с твоим заявлением.

Виктору стало предельно ясно, чем вызвана эта встреча.

– Так расскажи мне, с чем ты не согласен? Ты думаешь почему-то, что твоего зятя убили, и не хочешь верить заключению судебного эксперта.

– Да, я не верю, ему и уверен, что заключение было вынесено по вашей личной просьбе. Я приехал к сестре, когда труп моего зятя еще находился в подъезде дома и его осматривали врачи. Я великолепно помню, что у зятя были синие бока, а сломанные ребра выпирали из-под кожи. А врач говорит о смерти от инфаркта.

– А ты, настырный, Абрамов, – произнес Кашапов. – С тобой, насколько я знаю, вчера разговаривали сотрудники уголовного розыска, но ты, похоже, не въехал в ситуацию. Хорошо, попробую я тебе все объяснить.