— Работу? — спросил Климов с интересом и, помедлив, добавил: — Думаю, нет. — И, увидев в глазах своей подруги удивление, пояснил: — Полагаю, что моим трудоустройством скоро займутся соответствующие органы, которые проследят, чтобы я сбросил лишний жирок, выполняя и перевыполняя нормы на лесоповале.

— Есть способ устроить свою судьбу более разумно.

— Звучит чертовски заманчиво.

— И не только звучит, — с серьезным видом ответила Инга. — Есть человек, который может предложить тебе…

— Денег на мои собственные похороны?

Инга не ответила и так посмотрела на Климова, что тому стало не по себе.

— Хватит ныть, Саша, — твердо произнесла она. — Лесоповал, похороны… Жирок, кстати, не помешает сбросить. Я не собираюсь посылать тебе передачи в зону или носить цветы на могилку. Это, наверное, страшно трогательно, но я не из породы декабристок. Не мой жанр! Я хочу привести тебя туда, где у тебя есть шанс остаться живым и не угодить за решетку. Тебе решать, можешь хоть всю жизнь сидеть здесь, денег, которые я зарабатываю хватит на нас обоих. Только, и ты это понимаешь не хуже меня, такая идиллия надолго не затянется. Даже если никто и не выследит тебя здесь, ты сойдешь с ума от безделья… Или, может быть, тебе понравиться читать книжки и варить мне обед? Да что я говорю, решай сам.

Она замолчала, и в кухне стало тихо. Безмолвие нарушал лишь рокот автомобильных моторов на улице, да жужжание глупой осы, которая никак не могла найти выход, то и дело ударяясь в стекло. Климов задумался. Такой он за время их короткого знакомства Ингу еще не видел. И такой эта удивительная девушка нравилась ему еще больше. И все-таки… гнев и обида вспыхнули в его душе. Пришлось справиться с ними прежде, чем отвечать.

— Хотелось бы возразить вам, сударыня, — начал Саша и улыбнулся. — Да нечем. Можно, конечно, затопать ногами и сказать, непременно с пафосом, что, когда вы только еще перестали пешком под стол ходить, я уже Родине служил, зэков стерег, и все такое, но, к сожалению, вы правы. Вот только за почти сороковник, который мне совершенно непонятным образом удалось прожить на свете, я усвоил, что бесплатный сыр обычно кладут в мышеловку. Ну и who’s the guy? Кто тот парень?

— Анатолий Олеандров.

— Это превосходит даже самые смелые мои ожидания, — признался Климов, которого почему-то не удивило, когда Инга назвала это имя. — И что я буду у него делать? Запишусь в его гвардию? Буду орать на митингах: «Цвети, цвети, вечнозеленый, кустистый, пышный олеандр?»

— А если и так, — ответила Инга, пожимая плечами. — У тебя есть более заманчивые предложения?