Гонец сначала прибыл в Сенат, а затем, через службу передачи почтовых сообщений, весточку получил Эйрих.

Служба ещё не развернулась в полную силу, заложенную Эйрихом в плане, но уже представляла собой нечто, отдалённо напоминающее почтовую службу монголов.

На пути следования войска Эйрих оставляет этакие станции, представляющие собой отряды воинов с небольшими табунами лошадей. Они нужны для смены лошадей гонцов, имеющих право взаимодействовать только с адресатом и такими вот временными станциями.

В будущем, когда они займут территорию Италии и остальные владения римлян, Эйрих планировал учредить обширную сеть станций для передачи срочных и несрочных сообщений. Сейчас-то он понимал, что в прошлой жизни надо было сделать такую систему с самого начала, но как-то было не до того… (1) Теперь он такой ошибки не допустит.

Дева щита посмотрела на него удивлённо.

— Ты готов потратить своё драгоценное время на такое? — спросила она без тени сарказма или иронии.

— Если бы ко мне обратился кто-то ещё, я бы крепко подумал, стоит ли прилагать усилия, — вздохнул Эйрих. — Но ты уже хорошо показала себя, поэтому жди своего часа, я позову тебя, как появятся какие-то удачные варианты…

— Благодарю тебя, претор, — в пояс поклонилась Альбоина.

На личико она вышла средненько, в отличие от Эрелиевы, зато в плечах она шире иных воинов, ну и физически сильна, этого не отнять, поэтому особо щедрого выбора женихов она никогда не имела, а тут Эйрих пообещал подсуетиться — она благодарна искренне.

— Можешь идти, — произнёс Эйрих и начал снимать тунику.

Дева щита кивнула и покинула шатёр.

— О-о-о-х… — облегчённо выдохнул Эйрих и начал разоблачаться.

Завтра будет опасный поединок, в котором ему необходимо очень убедительно победить. Эйрих закрыл глаза и приготовился к сладкому сну.

— Сын! — ворвался в шатёр Зевта.

— Ну что ещё? — с неохотой открыл глаза Эйрих.

— Ты что там удумал⁈ — подскочил к нему отец. — Поединок затеял⁈ Головой сильно ударился⁈

— Это оптимальный способ разобраться с неуместным для нас рейксом, а также зачинить падение остготской знати, — вздохнул Эйрих. — Тебе может не нравиться то, что я делаю, но я делаю это на общее благо. И вообще, давненько я не демонстрировал всем, насколько опасно со мной связываться.

— Это слишком рискованно! — взмахнул рукой Зевта.

— Слишком рискованно — это оставлять командную ставку без прикрытия… — с холодным гневом прорычал Эйрих. — Остальное — это приемлемый риск…

Отец ожесточился лицом, стиснул зубы, ведь сын ударил его очень больно, но сумел сдержать себя от обострения конфликта.