— Четыре пролома — это хорошо… — удовлетворённо произнёс Эйрих. — Но мало. Надо ещё столько же.

— Проконсул, уже второй манджаник сломался, остальные тоже громко скрипят-трещат, — жалобно произнёс Бранвальд, старший из инженеров. — Может, хватит, а?

Сутками подряд таскать камни и отправлять их во вражеские стены — это очень тяжело, но Эйрих считал, что инженеры должны полностью отрабатывать своё высокое жалование.

— Я сказал, что должно быть ещё четыре пролома, — перевёл на него Эйрих свой очень холодный взгляд. — Это значит, что вы сделаете ещё четыре пролома. Пусть хоть все сломаются, сделайте проломы.

На самом деле, в мирном лагере плотники уже выстругивают замену сломанным деталям, поэтому скоро манджаники починят и всё вернётся на круги своя.

— Если думаете, что вам платили так много просто так, то вы глубоко ошибались, — произнёс Эйрих, окинув делегацию измотанных инженеров. — Хотя… Разрешаю найти людей из незанятых в осаде воинов и за собственные деньги нанять их себе в помощь. Но не бесплатно — я прослежу. А теперь… Убывайте с глаз моих, нытики слабосильные.

Римляне в настоящей панике, за стенами происходит что-то непонятное, какие-то волнения, причём это волнение становилось тем сильнее, чем больше проломов образовывалось в городской стене. Они махали белыми флагами, время от времени, но затем, почему-то, переставали. Непонятно, что всё это значит, но это и не особо важно. Эйрих возьмёт этот город. Скоро.

Дни текли неспешно. Вопрос с продовольствием окончательно решил консул Балдвин, сходивший на корабле в Восточную империю, где договорился о поставках зерна и оливок из Анатолии. Дорого, конечно, но Сенат, предчувствующий грядущие сверхприбыли, был щедр.

Первые корабли прибудут через две декады, а в будущем от поставок можно будет отказаться, так как уже начнётся освоение готами Венетии и Истрии.

«Когда враг не оказывает сопротивления, завоевание чужих земель оказывается… комфортным», — подумал Эйрих, валяющийся на кровати в своём шёлковом шатре.

Воины вечно страдали от вшей и клопов, а у Эйриха, пользующегося шёлковыми одеяниями и бельём, такой проблемы не было вообще. Ещё он не пренебрегал гигиеной, ради чего ему отдельно грели воду — так можно жить неопределённо долго.

«Свежий воздух и никакой суеты…»

Решив, что бессмысленно валяться не стоит, он вышел на улицу и направился к тренировочным площадкам легиона. Нужно размяться и повторить упражнения с мечами и луком.

Подготовке он всегда уделял важное место в своей жизни, потому что даже если будущее не предвещает тебе личного участия в бою, это всё равно может случиться. И в этот час лучше быть в своей самой пиковой форме.