Римляне, ввиду баснословной дороговизны земли в центре города, не стали расходовать её на такое громоздкое сооружение и поставили арсенал очень близко к городской стене. Внутри, скорее всего, уже ничего нет, но это здание само по себе представляет оборонительную ценность, потому что построено из хорошего камня и оснащено бойницами. Если и нужно будет его брать, то только после полноценного взятия города.

На стенах враги никого не ждут, потому что это глупо — брать стены, когда у тебя есть целых восемь проломов, но на то и расчёт. Аркобаллистиарии, представленные в войске Эйриха числом в пятьсот бойцов, станут настоящей головной болью для римлян, потому что со стены смогут достать любого, кто выйдет на близлежащие улицы.

— Брана, пролом № 7, — Эйрих указал на локацию на пергаменте. — Неудачное место, поэтому выделяю тебе дополнительные полтысячи из резерва. Надо закрепиться, дождаться подмоги и идти до рабовладельческого эмпория. Эмпорий римляне оборонять не будут, скорее всего, но будь готов к тому, что встретишь там какое-то сопротивление.

Место, действительно, неудачное. Прямо сразу после пролома стоят саманные и деревянные лачуги бедноты, что сильно осложняет штурм. Улиц, как таковых, там нет, есть лишь узкие проёмы, максимум, на полтора пасса, что делает невозможным удержание хоть сколько-нибудь широкого строя воинов. Сложный участок, поэтому Эйрих решил усилить их и поставить на него наиболее ответственного и надёжного тысячника.

— Ещё раз, для всех, — положил Эйрих руку на рукоять илда. — Грабежи недопустимы. Убийство мирных только в случае вооружённого сопротивления, но даже если так, не убивать, а обезвреживать доступными способами. Мы пришли как освободители, а не захватчики — если кто-то считает иначе, его ждут плаха и топор. Все поняли?

— А как же трофеи? — раздался робкий голосок Отгера.

— Сенат обещал выделить деньги для щедрого награждения всех воинов, участвующих в штурме, — ответил на это Эйрих. — Если всё равно захотите заработать больше — получите только позорную казнь. Всё ещё не слышу ответа.

— Поняли, проконсул, — без особой радости произнёс Хродегер.

— Всем всё понятно, — подтвердил Атавульф. — Воины, никто ведь не будет глупить и идти против воли проконсула?

— Дураков нет, — усмехнулся Совила. — Хотя я скучаю по временам, когда были трофеи. С городов тоже полагалось, насколько я знаю…

— До нас остготы не брали настолько укреплённых городов, — покачал головой Эйрих. — Болтают, якобы Острогота брал римские города и Книва что-то там захватывал богатое и укреплённое, но у меня сильные сомнения на этот счёт. Возможно, мы будем первыми из нашего рода. И брать мы этот город будем так, как решили Сенат и готский народ.