Во-первых, основой землевладельческого статус-кво тут являются права старинных нобильских родов, что берут начало ещё во времена колонизации Цизальпийской Галлии старыми римлянами. В юридических документах, датируемых временами Цезаря и Октавиана, прописаны земельные отношения магнатов, что обрабатывают эту землю сотни зим. Земля от них, согласно этим документам, неотчуждаема иначе, как по императорскому эдикту, но императорам до таких не особо ценных в их масштабах владениях нет и не было никакого дела, поэтому ситуация оставалась неизменной вплоть до прибытия сюда готов.

Пресловутый колонат (1) этих земель ещё не коснулся, хотя в той же Галлии он уже давно цветёт и пахнет. Тут смысла в колонате нет, потому что рабы, несмотря на все сложности, продолжают поступать в местные латифундии, что позволяет выжимать из земли все соки и исправно поставлять в Пригородную Италию посильные объёмы зерна и вина за очень хорошие деньги. Варвары и сами не против заработать лишних деньжат, поэтому тащат захваченных невольников в Венетию и Истрию, но основной узел поставок проходит через Сирмий, где местные дельцы, вдохновлённые взаимодействием с готами, осмелели и отправляют торговые делегации ко всем ближайшим племенам, даже к гуннам.

И вот с латифундиями (2) Эйрих решил кончать, потому что их время должно пройти. Но прекратить их существование легко, а вот предотвратить их повторное зарождение будет очень сложно. Эйрих думал об этом уже давно, но никак не мог придумать теоретически работоспособного рецепта. Скорее всего, ему придётся переложить эту сложнейшую задачу на дряхлые плечи стариков…

Вообще-то, можно было попробовать реализовать очень интересную задумку Гая Семпрония Гракха, который хотел ограничить максимальную площадь выделяемой человеку земли пятью сотнями югеров. Но пятьсот югеров на одного человека — это слишком жирно для простых готских мужей, поэтому Эйрих собирался выделять им не более тридцати югеров на одного человека. И если в семье есть дополнительные сыновья, то за каждого ещё по тридцать югеров, а дальше пусть сами крутятся.

Эйрих как-то прикинул, что если ни у кого не будет больше тридцати-сорока югеров наделов, то земли в Италии, оказывается, неприлично много и хватит на всех. А если захватить Галлию и Иберию, то земли хватит ещё и очень надолго.

Римляне же делили землю нерационально, поэтому у них нормальным считалось, когда вся окрестная земля вокруг города принадлежала двум-трём людям, гонявшим по этой земле рабов, а бывшие землепашцы бессмысленно куковали в городе, в статусе пролетариев.