Обычно, подходящих людей удавалось найти среди низших и средних бюрократических служащих, хорошо осведомлённых об истинном положении вещей в городе, чего хватало на первое время. А потом, после того, как в городе избирался народный трибун, начиналась выборная постановка людей на должности. Огрехи и ошибки, само собой, случаются постоянно, но Эйрих передаёт судьбу горожан в их собственные руки, а не нанимается к ним в домашние рабы, чтобы по мановению мизинца исполнять любой каприз. Не хотят, чтобы у них всё стало нормально, Сенат всегда готов отправить специальную комицию, чтобы найти и наказать виновных, а также навести порядок.

Города, на самом деле, имеют не такую высокую значимость, как кажется некоторым горожанам. Главное — это земля и пахари на ней. Есть обрабатываемая земля — есть еда, есть города. В ином случае, горожане разбегаются, оседают на чужих землях и создают кучу проблем местным властям.

Приятно, конечно, когда есть города с многочисленными мастерскими, изготавливающими всё, что нужно легионам, но без земледельцев ничего этого не будет, поэтому важнее всего земля и пахари на ней.

Эйрих всё это понимал, поэтому сильно рассчитывал на благотворные итоги его масштабной аграрной реформы. Пусть есть проблемы с инструментами, которые решаются с помощью централизованного закупа потребного через сенатскую казну и раздачи инвентаря нуждающимся хозяйствам, пусть есть недовольные качеством выданной в обработку земли, но Эйрих уже видит результаты, и они хорошие. Готы растратили накопленный жирок на обустройство, при посильной помощи пока что не расформировавшихся общин, а в следующем году уже должны начать первую посевную.

Тут-то и сказались инновации Эйриха. Волов на всех, естественно, не хватало, поэтому новоиспечённые мелкие землевладельцы вынуждены брать всучиваемые им эйриховы хомуты, после чего запрягать в плуги лошадей, коих у готов весьма приличное количество, благодаря трофеям с битых вандалов, маркоманнов и гуннов. Почва тут сочная и мягкая, быстро согревается после зимы, то есть отлично пригодная для вспахивания лошадьми, поэтому подсчёты Эйриха обещают успешное завершение сева.

Ещё его подсчёты гласят, что из 1 425 739 югеров пахотной земли, имеющейся в Венетии и Истрии, роздано только 1 237 600 югеров, а остальное либо не нашло желающих, либо ответственные люди ещё не успели разделить и демаркировать. Считают ведь землемеры, многие из которых стали землемерами сравнительно недавно, поэтому пройдут годы, прежде чем будет наведён надлежащий порядок в землеустройстве. Впрочем, время есть, а Эйриху был важен результат — максимум обрабатываемых земель, а не как при римских латифундистах…