Ее ждал сюрприз. Подбираясь к соседнему окну, она заметила, что оно открыто. Но что в этом проку, когда рядом такая же камера, как та, которую она покинула. Те же засовы, тот же надзор.

Когда наконец девушка достигла соседней палаты, она увидела лежащего на кровати человека с капельницей и аппаратом искусственного дыхания. Дверь открылась, и в помещение вошла женщина в халате. Она села на табурет спиной к окну и взяла в руки книгу. Вот почему здесь открытое окно и дверь не запирается на засов. Очередной кандидат в морг.

У Даши затекли ноги и онемели руки. Она с ужасом думала о предстоящей работе. Впереди то же расстояние, что осталось позади. Столько сил и энергии растрачено, что трудно поверить в успех и удачное завершение плана. Девушка решила рискнуть. Она все еще верила в свою счастливую звезду и благосклонность небес.

Тихо, как мышь, она взобралась на подоконник и неслышно спустилась в комнату. Пять шагов, и первый этап закончен. Только бы не сорваться, но нервы не выдержали, и она сорвалась. В три прыжка Даша преодолела расстояние, выхватила гвоздодер и нанесла семь смертоносных ударов по голове сиделки. Белая косынка побагровела, женщина и не пикнула. Она, как мешок, повалилась набок и упала на пол.

Даша тяжело дышала, будто ей не хватало воздуха. В уголках рта скопилась белая пена, прожилки в белках глаз налились кровью. Она никак не могла разжать пальцы, в которых держала орудие убийства. Время шло. Около минуты девушка не могла совладать с собой, затем, стиснув зубы, она оттащила труп к окну и прикрыла его занавеской. Кровавый след она вытерла куском оторванного халата.

Сейчас у убийцы не хватало фантазии, и она растеряла все идеи. Что теперь делать? Все планы рухнули, осталась только злость и открытая дверь. Или это выход, или западня. Оставаться здесь — значит отказаться от побега и принять приговор.

Взгляд девушки упал на больного. Она вздрогнула. Больной пришел в себя и открыл глаза. Он видел ее, она его. Перед ней в двух шагах лежал Марк Левин. У Даши по коже пробежала дрожь. Узнал ли он ее? Работает ли его сознание? Конечно. Она прочла испуг в его взгляде. Резиновая груша ритмично качала воздух, подаваемый мехами кислородного аппарата.

— Бедняга! Ты сам пришел в лес и сам нашел свой капкан. Что же тебе, непутевому, дома не сиделось? Глупец! Чужое добро покоя не давало? Забудь обо всем. На небесах деньги не нужны. Там решат, что тебя ждет в следующей жизни. Мрак или свет.

Даша повернула кран, и доступ кислорода в легкие больного прекратился. Она видела, как он задыхался с мундштуком во рту, который превратился в кляп. Его глаза умоляюще смотрели на палача, но вынесенный приговор обжалованию не подлежал. У Левина началась агония, он вздрогнул несколько раз в предсмертной судороге и застыл.