А попал в перекладину.

Здесь — чистая, беспримесная случайность. Буквально 5—7 сантиметров ниже — и, не исключено, было бы всё решено и в двухматчевом противостоянии.

Почему столь непривычная для нас убеждённость в успехе? Так надо было посмотреть на лица тренеров и запасных АЕК. Телекамера любезно предоставила такую возможность. Их югославский тренер Душан Баевич курил, словно, извините, перед расстрелом. И у остальных настроение было не лучше. Они чувствовали: поражение грядёт. Да, остановили Мостового, которому Фёдор сумел перед этим проткнуть мяч. А дальше?

А дальше произошло первое в жизни удаление Фёдора Черенкова. Чему тренер греков искренне радовался в послематчевом интервью. Вышло так: защитник Стелиос Манолас в очередной раз попал капитану «Спартака» сзади по ногам. Фёдор упал. И, в принципе, не сразу бросился к обидчику. Маленькая пауза была. Лишь затем Черенков, приподнявшись, совершил, скажем так, тычок в область лица Маноласа. Романцев скажет после: «оттолкнул». Не совсем так: грубиян и не прилипал к спартаковцу, чтобы отталкивать. Ударил? Нет, бьют сильнее и акцентированнее. Тычок — скорее всего.

Однако с чего та малюсенькая пауза? Видите ли, Фёдор Фёдорович попросту устал. Ему, не забудем, тридцать два исполнилось. И его всю жизнь так вот охаживали, при этом чаще всего за пакости ничего не получали. А подобное ведь копится с годами. Сколько ж можно? И в той опять же игре: молодой Попов-то еле дышал, всё за сердце (фактически!) держался. Это куда же годится?!

Венгр Гартман не сразу карточку достал, но сразу указал советскому капитану на выход. Особенно было тяжело наблюдать за футболистами АЕК, которые, по своему скудоумию, решили, что Черенков никуда не уйдёт, останется и не увезут они из той ненавистной морозной Москвы даже очка. Чуть новая стычка не состоялась — судья, между прочим, перепуганно прибежал контролировать ситуацию.

Между тем Фёдор выполнял, во-первых, непривычный для себя обряд, а во-вторых, пытался передать повязку. Передал. Ушёл.

Корреспондент «Советского спорта» Геннадий Ларчиков перехватил футболиста. Приведём диалог из номера от 25 октября: «Что случилось? — поинтересовался я у уходившего в раздевалку Черенкова. Вид у него, должен заметить, был подавленный — то ли Фёдор винил себя, то ли был угнетён несправедливостью арбитра.

— У меня сейчас такое состояние, что и говорить не хочется.

— Но в этом моменте ничего особенного вроде бы и не было?

— А это вы видите, — не выдержал Черенков и показал большое красно-синее пятно на левой ноге.