– Могла и ошибиться. В моей работе все время попадаются подобные вещи.

– У вас интересная работа.

– Это правда.

– Почему вы решили стать экспертом по антиквариату?

– Я ничего не решала, – улыбнулась Савицкому Эва. – Это было очевидно с детства. Родители занимались реставрацией старых зданий. А меня с самого начала гораздо больше волновали именно предметы искусства и антикварной мебели. Поэтому я не выбирала, все было очевидно.

– А вы Мирон? – капитан вдруг резко развернулся и посмотрел на ее помощника. – Вы ведь росли совсем в другой среде? Но что-то побудило вас увлечься этой темой…

– В моей семье антиквариатом никто не занимался, это правда, – ответил Мирон, чуть откинувшись на спинку стула, как будто хотел показать, что вопрос его не задел. – Но меня всегда тянуло к вещам с историей.

– Случайно или… ? – прищурился Савицкий.

– Думаю, что действительно случайно, – мягко усмехнулся Мирон. – На первом курсе Академии искусств я попал на практику в музей. Предвкушал, как буду сидеть в фондах и пыль с витрин протирать. А в итоге увидел, как один эксперт, почти на глаз, без приборов, определил подделку XVIII века. Это было… как фокус, который никто не мог повторить. Вот и захотел понять, как он это сделал.

Капитан слушал внимательно, но взгляд его был цепким, будто он пытался вытащить из Мирона что-то еще.

– А потом вы продолжили учебу во Франции? – уточнил он.

– Да, – кивнул Мирон. – École du Louvre. Париж – он как огромный антикварный рынок, только разбросанный по музеям, салонам, аукционам. Там я понял, что настоящая ценность – не просто в предмете, а в его истории.

– Или в том, кто готов за нее заплатить… – неопределенно кивнул следователь и вдруг, словно спохватившись, продолжил с напором:

-– Я где-то читал, что есть даже категория таких экспертов, которые за деньги, конечно, могут создать настоящую легенду о доставшейся вам в наследство вещице. Даже, если вещица и не обладает никакой ценностью. Нет, я не имею ввиду с преступным умыслом, так дать хозяину возможность чуть приврать для гостей.

Эва заметила, как у Савицкого на миг дрогнула бровь. Он уловил то, что ей самой уже начинало казаться странным и опасным – в этих словах прозвучал легкий, но узнаваемый намек на торговлю предметами, происхождение которых не всегда можно доказать. Интересно, у него есть какие-то факты или он просто тычет пальцем в небо, набрасывает разные версии и смотрит на реакцию, которая подтвердит или опровергнет его гипотезы…

– На что вы намекаете? – щеки Мирона стали красными. – Это возмутительно. Я просто увлечен своей профессией и в отличие от многих других потратил годы на ее изучение!

– Значит, у вас есть вкус к приключениям, – резюмировал Савицкий.

– К открытиям, – поправил его Мирон и встретил взгляд собеседника так спокойно, что стало ясно: спорить с ним сейчас бесполезно.

Эва почувствовала, как по спине пробежал холодок. Мирон мог казаться надежным помощником, но, похоже, он был куда глубже втянут в историю с замком, чем хотел показать. Она вспомнила как Яромир Петрович просил ее посмотреть экспонаты и сетовал, что из-за урагана не приехал эксперт, с которым он вел переписку. А что если…

– Мирон, как вы оказались в замке? – прервал ее мысли Савицкий.

– Я уже рассказывал вам в кабинете: я работаю на Эву. Она получила заказ из Минска, нужно было определить ценность одной вещицы. Мы поехали в командировку, а по дороге обратно попали в бурю и сбились с дороги.

– То, что вы сбились с дороги – похоже на правду… А кто все-таки предложил поехать? Вы Эве или Эва вам? Эва, может вы вспомните?

– Я даже не знаю. Это было как-то просто, естественно. Мирон мне помогает в делах, он водит машину и знает Восточную Европу довольно неплохо.

– Я вам скажу больше, он даже Беларусь и конкретно этот район знает очень даже хорошо.

– Ну вот… как-то так и вышло.

– И все же интересно…

– Я не понимаю к чему вы клоните, но мы не имеем к произошедшему совершенно никакого отношения. И с Виктором Карловичем… – она запнулась вспомнив о погибшем, – мы познакомились прямо здесь. Он тоже попал в непогоду и решил остаться осмотреть замок. Еще повторял: “Такая удача, что меня высадил водитель маршрутки именно в этом месте”.

– А почему вы поехали в замок? Разве мало гостиниц вокруг?

– Гостиниц? Вы серьезно? – почти одновременно вскрикнули Диана и Мирон.

– То есть вы вопрос хорошо изучили заранее и уже знали, что их здесь в принципе нет?

– Нет… но я предполагал, что среди леса и в таком месте, где рядом ни одного города, вряд ли что-то будет.

– И как же вы узнали про возможность заночевать в замке?

– А мы встретили в лесу Федора. И Диану, – Эва вскинула голову и поправила волосы. Она не даст загнать себя и Мирона в угол какому-то местному капитану. – Вы же не думаете, что мы могли подстроить случайную встречу с Федором посреди леса и на всякий случай сломать его машину заранее, а еще разрушить мост. Или ураган по вашему мнению все же мы вызвали?

– С вами женщинами вообще ни в чем нельзя быть уверенным, – капитан потер шею и перевернул лист бумаги. От Эвы не укрылось, что Савицкий нехотя повернулся к Федору. Очевидно, тот вызывал у него неприкрытую неприязнь.

– Федор? Вы можете рассказать как познакомились с этой очаровательной блондинкой?

– С которой? – снова встряла в разговор Диана. – Мы обе блондинки. И, кстати, он сперва со мной познакомился в тот день.

– До вас дойдем, не волнуйтесь. Я так понимаю вы тоже сюда случайно приехали и не планировали здесь оказаться?

– Абсолютно верно.

– Так и запишем. Еще одна дамочка у нас сюда попала случайно. А вы откуда, Диана, ехали?

– Из Минска.

– Понятно.

– А куда?

– Я … – Диана замялась на секунду.

– Ну! – привстал капитал и угрожающе посмотрел на нее.

– Я хотела добраться до последней станции в Беларуси, а там перейти границу и потом улететь, но посмотрела на погоду и решила, что могу задержаться на пару дней.

– Куда улететь хотели?

– Домой!

– И где мы живем?

– Во Франции.

– Во Франции?! – вскочила Эва.

– О как! – интересная у нас история получается. Итак, у нас здесь случайно встретились три француза, которые не французы.

– Я родилась во Франции и в моем роду только французы. – Эва бросила фразу капитану и тут же развернулась к Диане:

– Почему ты не сказала, что тоже живешь во Франции?

– А зачем? – Диана поправляла волосы, пытаясь рассмотреть свое отражение в белом фарфоре.

– Ну как зачем? Мы же общались, разговаривали, можно было и упомянуть.

– Не посчитала нужным.

– Но ты говорила, что приехала из Минска.

– Так я и приехала из Минска.

Савицкий переводил взгляд с одной женщины на другую и наконец, не выдержав, хлопнул по столу:

– Стоп, дамочки! Вопросы здесь я задаю. И сейчас нам Диана расскажет что делала в Минске.

– Все банально, я маму навещала. Не запрещено?

– Значит, приехали навестить маму и заодно решили задержаться, попутешествовать, так сказать… Хорошая версия. Вот только у каждого из вас «случайность» за «случайностью». Знаете, я в совпадения не верю. Обычно за ними что-то стоит.

– Можете не верить, но это абсолютная правда. Я никуда не спешу, живу в удовольствие одним днем.

– Абсолютной правды не бывает… Ну, ладно, допустим. А со Смоловским вы как познакомились? И главное – где?

– С Федором прямо на вокзале, он забирал какие-то детали для органа, а я только недавно сошла с поезда и думала куда дальше.

– А вы, Федор, надо полагать, увидев такую блондинку, не смогли устоять и посадили девушку к себе в машину?

– Не опошляйте, – Федор взъерошил волосы на голове и мрачно смотрел на капитана. – Я забрал коробку и уже шел к машине. Диана спросила что-то, не помню, слово за слово и познакомились.

– Но с Мироном и Эвой вы встретились только вечером… А где провели весь день?

– Они ездили по делам, по крайней мере так нам сказали, когда мы встретились вчетвером в лесу, – поджала губы Эва. Она помнила, как Федор тогда произнес это так же буднично, будто речь шла о поездке в магазин. Ни слова про вокзал, детали для органа и случайный разговор, а также про то, что они с Дианой познакомились тоже в этот день. Определенно здесь было много странностей. И ей придется найти ключ ко всем загадкам.

За окном шел мелкий, липкий, неприятный дождь и даже здесь в комнате, она чувствовала себя так, словно он просачивался под воротник. Эва вспомнила, как впервые увидела Федора: стук в окно, а потом высокий силуэт, мокрые волосы, запах сырой древесины и теплый, спокойный взгляд – и как на миг ей показалось, что он способен вывести их из любой бури. Но потом он сказал, что не один, а с девушкой и к ним присоединилась Диана. Эва вспомнила как тогда предательски вспыхнули щеки, но она сидела спереди и этого никто не увидел. Эва до сих пор не понимала почему сразу почувствовала неприязнь к Диане. Даже не хотела к ней поворачиваться в салоне… воспоминание потускнело, но в голове снова возникли эти моменты: как ехала в машине и обдумывала что ей сказали в клинике накануне, а разговор в машине шел буквально фоном к ее мыслям.

В комнате повисло напряженное ожидание. Эва молчала уже несколько минут и лишь движение ее глаз и постукивание пальцев по стакану с водой выдавало, что она что-то вспоминает или обдумывает. Никто не нарушал тишину, Галина хотела что-то сказать, но капитан приложил палец к губам и показал, что позже. Все взгляды сейчас были прикованы к Эве, хотя она сама и не осознавала этого.