Тихонько сунул руку за пазуху и вытащил пистолет. Бандиты по прежнему не обращали на нас внимания, хрустели закуской и набулькивали по второй порции пойла. Толкнул левой рукой Архипку и, приняв сидячее положение, выстрелил в Хрипатого и чуть довернув ствол, бабахнул в спину, пьющего самогон Пахома. Тот, как-то странно хрюкнул, выронил стакан и сунулся носом в стол. «Этот готов!», решил я вставая на ноги и, уронив на пол дерринджер, выдернул ножи, намереваясь разобраться с Килой, который пребывал в ступоре.

Бросил взгляд на Хрипатого и похолодел — тот был жив и с удивлением рассматривал свою окровавленную ладонь и правый бок. Потом он глянул на неподвижного Пахома, взревел и пошел на меня. Огромный, косматый, озлобленно рычащий, он был похож на вздыбившегося медведя и напугал меня, чуть ли не до мокрых штанов. Я попятился и уперся спиной в стену. Ножи, которые я держал в руках, показались мне маленькими, легкими и совершенно бесполезными, но другого оружия не было и, держа их перед собой, ждал, когда этот медведь на меня навалится. Но грохнул выстрел и Хрипатый, постояв, безвольной куклой свалился мне под ноги. Архипка! Архипка сидел держа во вздрагивающих руках револьвер и икал.

— Молодец, Архипка! — Крикнул ему и страх сковавший меня, ушел. Глянув на находящегося в ступоре Килу, резко взмахнул рукой, пуская в полет потяжелевший нож, в полной уверенности, что попаду и не ошибся. Нож по рукоять вошел в ямку под худой шеей и последний бандит повалился на пол суча ногами.

— Фух! — Выдохнул я и, не удержавшись на ватных ногах, сел на пол. С минуту сидел неподвижно. Но потом, вспомнив, что еще не ничего не закончилось и скоро сюда приедут Зырян с неким Филином, взял себя в руки и начал шевелиться. Прежде всего отправил второй нож в ножны и поднял с пола пистолетик, быстро перезарядил его и, поднявшись, подошел к Архипке. Тот по прежнему сидел и смотрел стеклянными глазами на убитого им бандита.

Я вынул у него из рук револьвер, который он отдал не сопротивляясь. Потом помахал перед его глазами рукой и даже похлопал по щеке. Архипка отмер и проговорил:

— Мы чё их всех убили?

— Тебе их жалко? У нас с тобой выбора не было: или они нас пошинкуют, или мы их грохнем. Хватит нюнить! Валить отсюда надо. — Как можно жестче сказал я.

Архипка поднялся, потоптался на месте и протянул руку за своей пушкой.

— Погоди. — Сказал я. — Патроны у тебя еще есть?

— Есть! Три штуки. Последние. — Сунул руку в карман и показал патрончики.

— Не густо. Заряди полный барабан. — Подал ему револьвер, а сам держа свой пистолетик наготове, пошел к лежащим уркам. По хорошему надо бы еще каждому в башку пулю засадить для контроля. Но патронов было мало, тыкать их ножом у меня не хватило духу. Обыскивать их не стал, только стараясь не испачкаться в крови, вытащил из затихшей тушки тощего бандита свой нож, обтер лезвие об его одежду и сунул в ножны. Оглянулся на друга, который запихивал в барабан последний патрон, сказал: