Светлый фон

— Пошли быстрей. А то скоро еще заявятся. И кстати знаешь, что это за место?

— Слышал же сам, что это заимка зыряновская. Верст пять до села отсюда. Пошли. Я дорогу знаю — не заплутаем.

Выскочили на улицу и сразу стало ясно, что опоздали. За поворотом был слышен негромкий стук копыт и характерный скрип плохо смазанных осей. Я быстро огляделся, спрятаться можно было только за сарай. Туда и рванули. Через минуту из-за поворота показалась лошадь запряженная в двуколку. И хотя было темно я разглядел держащего вожжи Зырянова. Сидящий рядом мужик был не знаком, наверное это и есть Филин. Они заехали во двор и остановились рядом с пролеткой. Филин приподнялся с сиденья и огляделся:

— Тихо что-то. Зырян, ты развернись и посиди пока тут, а я в хату. Гляну што там.

— Ты чего Филин?

— Тихо, говорю, в хате. Как бы не случилось чего.

— Ладно! Как скажешь.

Филин легко соскочил с двуколки и, по волчьи оглядываясь, двинулся в избу. Чует гад опасность. Я вытащил свой деринджер и протянул его Архипке, прошептав:

— Дай свой пистоль, а этот возьми.

Архипка бесприкословно подчинился. Пока Зырянов был занят разворачиванием двуколки и находился ко мне спиной я, низко пригнувшись, прошмыгнул в тень от пролетки. Встав на колени, и взяв револьвер двумя руками, прицелился в дверь. Расстояние до нее было не большое и я наделся не промазать. Не прошло и тридцати секунд, как дверь распахнулась и на пороге показалась коренастая фигура, подсвеченная лампой, горевшей в хате. Ни секунды не раздумывая, я дважды нажал на спусковой крючок. Мгновенно повернувшись, послал двоечку в натянувшего вожжи Зырянова. Затем зайцем метнулся за угол дома и, упав на землю, осторожно выглянул. Лошади, испугавшиеся выстрелов, дернулись, но не убежали, поскольку одна была привязана, а вторую остановил запутавшийся в вожжах Зырянов, который лежал на земле и не шевелился. Так! Один вроде уже не опасен. Чтобы увидеть второго, мне пришлось немного приподняться и высунутся из-за угла, что я и проделал держа револьвер наготове.

Увиденное впечатлило. Филин сидел, привалившись спиной к дверному косяку, и зажимал левой рукой дырку в животе. Правая его рука тянулась к валявшемуся рядом револьверу. Я вскочил на ноги и, не отводя от него ствола, быстро, но осторожно подошел. Не глядя, ногой откинул оружие в сторону. Увидев меня, Филин поднял правую руку и, что-то попытался сказать. Слушать его не стал и выстрелил ему в грудь. Получив третью пулю, он завалился на спину, подергался и затих. Подойдя поближе к лежащему ничком Зырянову, вогнал последнюю пулю ему в затылок. Ну вроде все! Отбились. Но, расслабляться рано.