– Да, – кивает Гусынина. – Егор, помоги Зине тележку подвезти.

Я помогаю. Толкаю тележку с колбасой. Народ встречает моё появление сдержанным гомоном. Начинается торговля.

Когда я возвращаюсь в кабинет Гусыниной, там уже оказывается Игорёша. Я здороваюсь, но он не отвечает, лишь хмуро глядит на меня и садится на старый деревянный стул. Несколько минут все молчат. И только когда в кабинет заходит грузный человек в дублёнке и ондатровой шапке, Люба и Игорёша, будто бы с облегчением выдыхают.

– Ефим Прохорович, вот и вы. Здравствуйте.

Ефим Прохорович бросает на меня подозрительный взгляд сквозь стёкла массивных очков и говорит:

– Здравствуйте, товарищи.

Я в тот же миг встаю и выхожу. Делаю знак Лиде. Она оставляет прилавок и торопливо заходит в служебное помещение. Забежав в кабинет бухгалтера, она снимает телефонную трубку и набирает номер.

– Это продавец, – говорит она. – Все на месте.

Повесив трубку, она выходит в коридор, а я подхожу к кабинету Гусыниной. Успеваю заметить, как дверь в торговый зал перекрывают два крепких молодчика в штатском. Быстро. Очень быстро. Молодцы. А ещё через минуту со стороны служебного входа в магазин врываются несколько вооружённых людей. Они перекрывают все входы и выходы.

Сразу после них появляется начальник Лиды, тот, которого я видел позавчера у неё во дворе. Дождавшись его появления, она буквально врывается в кабинет Гусыниной. В этот момент она похожа на фурию, на голодного упыря, вырвавшегося на охоту.

Я тоже вхожу в кабинет и вижу онемевших тётю Любу, Игорёшу и Ефима Прохоровича.

– Здравствуйте! – громко говорит Лидкин босс. – Майор Баранов, ОБХСС. Пожалуйста, предъявите документы, удостоверяющие личность и подготовьте для проверки накладные на колбасные изделия, чеки и все наличные денежные средства. Иващук, начинайте.

Иващук козыряет, подходит к столу Гусыниной и начинает его обыскивать. Скоро к нему присоединяется ещё несколько человек и за пару минут весь кабинет оказывается перевёрнутым вверх дном.

Лида выходит из кабинета и я вижу в открытую дверь, как она мечется по коридору.

– Что это значит?! – гневно восклицает Ефим Прохорович. – Я требую немедленного объяснения. По какому праву? Что вы себе позволяете?! Это безосновательно! Произвол!

– Да никакого произвола, бумаги у нас в порядке, – равнодушно отвечает майор. – Производятся оперативные действия. Всю необходимую информацию вам доведут. А вы пока закройте рты и подумайте, как будете выбираться из этого дерьма.

– Что?! – негодует Ефим. – Вам это так с рук не сойдёт! Это самоуправство!