Она сначала мотнула головой отрицательно, потом, передумав, закивала согласно.

— Конечно, даже с ночёвкой можно, на Инкиной кровати пусть ложится.

— А мы с тобой сейчас прогуляемся перед сном. Да? — подошёл я к бабуле и подмигнул.

— Э… Да, да, — ответила она и пошла одеваться.

— Куда вы? — спросила обеспокоенная мама.

— Депутатский запрос оформим, — отшутился я, пошёл переоделся и вернулся в кухню.

— Всё хорошо будет, — сказал я растерянной Эмме, — не волнуйся.

— А как же брат? — спросила она. — Он ещё маленький.

— Не переживай, придумаем что-нибудь, — ответил я. — Отчим же пару часов с ним посидит, справится?

Девушка неопределённо пожала плечами. Из своей спальни вышла бабушка.

— Эмма, Герман с Валей в каком точно доме живут? — спросила она.

— За Большим мостом сразу по правой стороне четвёртый дом, — ответила ей Эмма. — А что вы собираетесь делать?

— Что надо, — ответила бабуля. — Мы пошли.

Мы вдвоём с бабушкой вышли на улицу и пошли в сторону улицы Ленина. Было скользко, я подставил бабуле локоть. Так мы дошли до перекрёстка и свернули налево. Подходя к Большому мосту, с которого я когда-то сиганул, она замедлила шаг, думая о чём-то своём. Какой-то вопрос в связи с этим у меня всё крутился на языке, но я никак не мог вспомнить какой. Так мы и прошли через мост, думая каждый свою думу.

— Что она там говорила, четвёртый дом справа? — проговорил я, переводя бабулю через дорогу.

Мы подошли к калитке нужного нам дома. В нескольких окнах горел свет. Отлично, кто-то из хозяев дома. Я заглянул через забор, пытаясь определить, есть ли тут собака. Никого не увидел, но, на всякий случай, хотел постучать калиткой, чтобы спровоцировать собаку, если она есть. Но калитка открылась, я прошёл первым во двор. Собака не выскочила, я пошёл к дому. Бабушка за мной.

На мой стук в дверь никто не вышел. Я пошёл, постучал в окно. Вскоре вышла молодая женщина невысокого роста, в теле, с русыми волосами, собранными в короткий хвост.

— Добрый вечер, — поздоровался я и выдвинул вперед себя бабулю.

— Здравствуй, Валя, — сказала она. — Герман дома?

— Дома, проходите, — пригласила нас Валя. — Что случилось?