Метельский налил в бокалы вина: — Помянем моего отца. В общем-то он был хороший отец, разве что иногда навязчивый.
Молча выпили.
— И вино хорошее, — вздохнула Хельга, — надо будет запомнить марку. Хотя сейчас как-то не до радостей жизни… Да, вспомнила того католического монаха из Иерусалима. Кажется, отец Себастьян. Он вроде собирался в Италию, и еще дал тебе карточку. Она сохранилась?
— Перевел данные Сивилле. Хочешь позвонить?
— Знаешь, почему-то захотелось.
— Я перекидываю номер на твой трансид. Самому говорить как будто не о чем.
Хельга прикрыла глаза, губы несколько раз шевельнулись, а потом застыли. Постепенно лицо сделалось напряженным, а вместо расслабленной позы села прямо. Наконец она судорожно вздохнула и открыла глаза.
— Тебе привет, Лон. Да, отец Себастьян в Риме, точнее где-то в пригороде. Он сказал необычную вещь: мы должны прибыть к нему, еще до истечения этого дня. Он подчеркнул, что это абсолютно необходимо!
— Что за спешка? — Метельский повертел вилку, а потом положил ее. — Хотя… то одно происходит, то другое. Расслабляться нельзя.
Раздался громкий голос, кто-то быстро говорил по-итальянски. Похоже, радио.
«Сивилла, переведи».
«Папа римский выступит со срочным обращением Urbi et orbi, к городу и миру. Через час, на площади святого Петра. Выступление будет транслироваться по всем каналам связи».
— Что, Лон? — спросила Хельга.
— Папа римский, глава католической церкви, выступает со срочным обращением. Наверное, что-то важное. Будет передаваться по радио и холовидению, но раз уж мы в Риме, можем услышать из первых уст. Поехали!
Хельга с сожалением глянула на третью, нетронутую порцию мороженого: — Ладно, а то еще простужусь.
Вышли из кафе, мувекса пришлось ждать дольше обыкновенного. Когда наконец сели, Метельский сказал: — До площади святого Петра, откуда можно увидеть папу.
Мувекс бодро ответил, тоже по-русски:
— Возможно до ближайшей разрешенной стоянки. Тариф увеличен впятеро.
— Быстро они в городской управе, или где там, сориентировались. Ладно, едем.
Ехали недолго, Рим оказался не таким и большим. Когда выбрались из машины и немного прошли, Хельга приостановилась: