— Мы их не встречали, — развела руками Пуджа.

Замыкающие позвали тех, кто шел впереди:

— Стойте, стойте! В Киеве всюду зомби!

Перебросилось дальше по толпе, начали поворачиваться, обратили внимание на путников по другую сторону ограды. Кто-то спрашивал, подобно Лёне:

— Так куда идти?

Гудели, галдели. Пуджа перекричала их:

— Послушайте! Тихо! Та часть поезда, где зомби, закрыта? Крайний вагон с зомби закрыт?

— Да!

— Так возвращайтесь в поезд. Если ждать, лучше в нем. Закройтесь и сидите. Снарядите кого-то к ближайшей станции на разведку и за продуктами. Сидеть придется наверное долго.

— Они так ничего не выседят, — прошептала Пудже Веста.

— А если они толпой полезут просто в город, за ограду только выйдут — им конец. Посмотри на них, не все в состоянии бегать от зомби. Сейчас они идут на убой.

Веста кивнула и тоже обратилась к людям:

— Лучше возвращайтесь в поезд. Мы сейчас идем по своим делам, а на обратном пути вернемся и расскажем вам, куда не стоит совать нос, а куда можно, где безопасно. Мы идем как раз к Протасову яру.

Несколько человек вызвались на вылазку туда же — это были харьковчане, а с ними собрались киевляне, которым хотелось попасть домой. И вот одни пошли, другие стали возвращаться к составу, третьи просто толклись на путях со своими чемоданами, говорили и в тысячный раз доставали бесполезные мобилки.

Около большого моста через Лыбедь, Пуджа с диггерами сошли с насыпи на ровную площадку близ коллекторного желоба, а пассажиры поезда отправились дальше по переезду над поперечной дорогой.

Стоя у начала моста, Веста сказала:

— Теперь надо решить, как идти. Либо через Байково кладбище, либо слезаем с моста и вдоль Лыбеди топаем к улице Федорова, в низ Протасова яра.

— А как лучше? — спросила Пуджа.

— Я шла через кладбище.

— А мы по Лыбеди, — ответил Паша.