В коридорах, между потоком и стенами оставались узенькие наклонные берега, где было неудобно идти. Жук топал по воде в бахилах, давно не обращали внимание на мокрую обувь и Пантюхин с Ирой.

— Вот мы уже миновали Зверинецкое кладбище, сообщил Жук, — Оно было левее. Можем вылезти на Старонаводницкой, но я предлагаю свести перемещение на поверхности к минимуму и свернуть в дренажно-штольневую систему Печерская. Она под Царским селом идет до станции метро Печерская. Придется…

Пришлось присядом и на четвереньках, по трубе диаметром один и два, как справочно поведал Жук. Внизу трубы по намывам протекал ручей. Потом они лезли металлическими трапами вдоль стен, на уровни выше, где можно было разогнуться, почти коснувшись головами потолка, в прямоугольного сечения бетонных коридорах. Там вода отводилась в желоба, а вдоль стен длились скользкие дорожки, и проще оказалось снова идти по ручьям.

Пантюхин уже не мог сказать, болит раненая нога или нет — болело всё тело. Они не останавливались отдохнуть, потому что боялись, что у Жука сядут фонарики, а это означало смерть в темном подземном лабиринте. И хотя Жук робко предложил спортивно подтянуться еще на уровень выше, в ДШК Суворовскую, чье название относилось к Суворовскому военному училищу, Ира с Пантюхиным решительно отказались.

И вот они щурятся наверху, хотя небо заполонили тучи, но всё равно светло по сравнению с сырой, холодной подземлей. Рядом зеленая оградка из прутьев, за нею детская площадка — ага, садик. Липы, елочки, надо всем — позади — небоскреб. Царское село, террасами сходящее в Наводницкий овраг.

— Когда-то здесь был частный сектор, — обвел местность руками Жук.

Одна дорога огибала садик, другая поднималась на зеленый, в деревьях пригорок вверх. Там тоже небо закрывал небоскреб, похожий на корабль. По обочине у возвышения шла выложенная камнем бровка.

Медленно, уже по недавней привычке пригибаясь, троица выбралась по дороге наверх. На другой стороне пустого шоссе — бульвара Леси Украинки — виднелось приземистое, напоминающее таблетку строение о двух этажах, обустроенное под кафе и закусочные. Это была Круглая башня Васильковского укрепления.

— Может туда постучимся? — предложил Жук.

— Ну давай попробуем, — ответила Ира.

Они стали переходить дорогу.

— Вообще я забыл, надо было из дренажки проникнуть на станцию метро Печерская, — Жук махнул направо, к площади, где за высотками скрывалось здание ЦИК, — Метро сейчас безопаснее всего. В принципе.

Около башни тротуар был вымощен плиткой. Между современными окнами и дверьми, в стенах располагались бойницы — расширяющиеся вовне, чтобы стрелять можно было под углом. Из небольшой полоски земли росли побеленные снизу липы. На лавочке под навесом остановки лежал человек, свесив руку до пола. Под ним натекло много темной, сгустившейся уже крови.