— Пойдем, Саша, пойдем, милый! — твердила Женя, прижимаясь к плечу Никитина.

— Да что ты, Женька, в самом деле! Дай же поговорить нам. Нельзя его сейчас оставить!

— Ах, так! Ну, оставайся тогда с этим метеором, если он тебе дороже, чем я… Будешь каяться потом!

Женя оттолкнула Никитина и побежала к двери.

— Женя! Слушай! Куда ты? — рванулся за ней Саша, но она уже исчезла за калиткой палисадника.

— Ушла, — растерянно сказал Саша и вздохнул. — Ну, что тут произошло? Из учителей есть кто-нибудь?

— Нет, — проронил Костик.

— Я же тебе говорил!.. А ты не внял совету! Не пригласил даже Якова Павловича!

— Он занят, ты знаешь!

— Неужели ты думаешь, что он не выбрал бы время? Что же все-таки случилось?

— Виноват во всем Юков! Ты же знаешь, что он неисправимый человек, что у него злая, гадкая душа! Ты ведь сам знаешь, что он из себя представляет…

— Я бы не сказал этого, Костик.

— Все вы в заговоре против меня! — злобно выкрикнул Павловский.

— Не устраивай истерики. Что сделал Юков?

— Я обозвал его нахалом.

— Это плохо.

— Ты всегда был ближе к нему, хоть мы считались друзьями и вверяли друг другу самые сокровенные думы.

— Не криви душой, Костик! Ты не открывал мне своих тайн.

— Я прошу тебя не обвинять меня!

— Я остался с тобой узнать правду.