– Ты не ранен, пан?

– Немного. Пустяки.

– Проходи, пан Ян, садись и налей себе вина. Слуг я удалил, так что сам ухаживай за собой.

Нильский не заставил просить себя дважды. Вино у воеводы Мнишека было отменное.

– Ты голоден должно быть? – спросил воевода.

– Признаюсь да.

– Тогда не стесняйся. Мой ужин в твоем распоряжении, пан Ян.

Нильский был удивлен любезности Юрия Мнишека. Он понял, что воеводе от него что-то нужно.

– Я вижу руку судьбы в том, что ты, пан, прибыл именно сейчас. Только сегодня я получил вести из Москвы.

– Я немного задержался в пути, пан воевода. Это из-за раны. Пришлось пролежать в лесной сторожке у одного пана. Но лишь только рана затянулась я сразу в седло и в Путивль.

– Твоя рана еще беспокоит тебя?

– Нет, пан воевода.

– Это хорошо. Я только сегодня получил вести от моего человека. Панна Елена поймана на Москве людьми Годунова.

– Что? – Нильский вскочил со стула.

– Её поймали и посадили в застенок.

– Но как же?

– Сядь, пан Ян. Слушай меня внимательно. Я ведь знаю, что ты желаешь взять панну Елену в свои законные жены. Это так?

– Так, пан воевода!

– И ты, пан, готов выручить её?

– Готов! – вскричал Нильский. – Я того желаю всем сердцем, пан воевода. Я на все готов ради этой женщины. Но её уже пытали?