Светлый фон

– Всё это так. Но не ошибся ли я в душеприказчиках? Верные ли они люди?

– Все мы рабы твои, великий государь. Как велел, так и будет…

***

И вот теперь он стоял у порога смерти. И его занимали те же мысли. Конечно, его сын Федор Борисович не юродивый как был Федор Иванович. Но сын Грозного был древнего Рюрикова рода. А Годуновы род на Руси не столь знаменитый.

«Кого поставить рядом с сыном? – думал он, глядя на бояр. – Басманова? Кого-то из Годуновых? Князя Василия Шуйского? Годуновы не сильно любимы народом. Шуйский слишком хитер. А Басманов любим войсками и на Москве популярен. Чернь его ценит. Но что в его мыслях? Вот он сидит на лавке в дальних рядах. Не по чину ему высовываться».

Борин Степан Васильевич Годунов тем временем говорил о необходимости покончить с самозванцем и положить конец возмущению на окраинах русского государства.

Иностранные послы переглядывались и слушали своих толмачей (переводчиков). Посол короля Англии Якова Первого смотрел то на царя, то на его наследника царевича Федора. Еще вчера во время аудиенции Борис говорил ему о сыне. Как тот умен и образован. Каким хорошим повелителем он станет для державы.

«Что сообщить моему королю? – думал посол. – Этот юноша может наследовать трон уже скоро. Но обстановка не в его пользу. Его ждет судьба нашего короля Эдуарда Пятого. Тот также сел на трон в юном возрасте и был низложен дядей герцогом Глостером. Юного короля заключили в Тауэр и там умертвили».

Царь Борис вдруг почувствовал головокружение и жестом позвал лекаря. Тот бросился к государю. Царь схватился за грудь. Его лицо исказила гримаса боли.

Лекарь поддержал его.

– Государь…

Борис вытянул руку. Его перст указал на сына.

Боярин Степан Годунов спросил:

– Что, государь?

– Сын…, прохрипел царь. – Вот он…

– Государю плохо!

Лекарь кликнул слуг, и Бориса унесли в его покои. Были срочно созваны иные придворные врачи…

***

Царь Борис Федорович Годунов был разоблачен и уложен в постель. Вокруг него были придворные и суетились лекари. Вельможи смотрели на бледное лицо царя и понимали, что это конец. Могущественный человек умирал. Кончалось его время и это внушало чувство тревоги. Все думали, что последует за его смертью? В государстве смута, на подступах стоит войско самозванца и в самой столице неспокойно. Может начаться открытый бунт.

Молодой наследник был тут, и все видели его. Царевич страдал, ему было жаль отца. Не хотел он высшей власти, и ему было вольготно за спиной Бориса, который был ему крепостью. Да и не только ему, но всему роду Годуновых.