– Спужались они, – сказал Гриша Шишкину. – А ты, человече? Ты не спужался?

Шишкин не ответил. Он жестом приказал целовальнику опять дать юроду новый ковш. Тот снова выпил и снова не стал заедать водку.

– Помер Бориска-то! Помер! И нет более его! Отольются ему кровавые слезки-то! Он младенца-то царского приказал зарезать! Он! Но не умер царевич! Спасли его люди верные! Бог спас!

– Всем ведомо, что умер царевич Димитрий тогда в Угличе! – громко сказал статный купец.

– Ась? – обернулся к нему юрод.

Купец был на голову выше юрода, но попятился от него.

– А ведь ты, человече, служка у Годуновых! Знаю я, ибо печать каинова на челе у тебя! – юрод повысил голос. – Истинного царевича вам признавать не дают! Истинного царского сына! Кого на трон сажать станут? Ась?

Шишкин взял свою шапку и стал проталкиваться к выходу. Оставаться в трактире стало опасно. Пусть себе юродивый поговорит. Видно много таких разговоров-то на Москве нынче.

Смерть царя Бориса все меняла. В 1602 году попал Шишкин в этот водоворот событий. И верно тогда служил он Годуновым. Но тогда Борис Годунов на троне сидел, и от него можно было ждать многие милости. Оружничий Клешнин отправил дьяка в стан самозванца. И Шишкин там прижился под чужим именем и даже в милость вошел при царевиче.

Но кто ныне Клешнин без Бориса? Вот вопрос. И получается, что без Бориски Клешнин – никто!

Кто знает о тайной миссии Шишкина в стане самозванца? Никто, кроме Клешнина! Так с чего ему самому себя выдавать? Он в милости у царевича. А коли самозванец Москву возьмет, то быть ему в большом почете.

Правда, он известен в стане царевича Димитрия под иным именем. А что станет, коли его узнают на Москве? Хотя он одевался не так как ранее, броды уже не имел, а лишь усы по шляхетской полькой моде.

Но все равно дело может сорваться из-за случайности. Вдруг да кто и узнает бывшего дьяка Посольского Приказа?

И было у Шишкина две мисси. Одна от Клешнина в пользу умершего царя Бориса. Вторая от царевича Димитрия Ивановича.

Решил он поставить на последнего. Тогда к кому идти? Без покровителя нельзя. Но кого избрать в эти самые покровители?

Шуйского? Князь Василий персона большая, но трусоват. Может продать его приставам нового царя Федора. Тогда прямо к Басманову. Но и этот как поведет себя? Ведь здесь одна единая ошибка и смерть! И не просто смерть, но пытки. А пыток дьяк не выдержит. И после того, как его казнят, возьмутся за его семейство. А он знал, что с девками делают в таких случаях. Своим дочкам того дьяк не желал.

Шишкин ходил по московскому торгу и думал. Делал вид, что товары смотрит. Суконный ряд на Москве большой. Щупал ткани, и купцы, видя денежного покупателя, предлагали ему свой товар.