– Такого шелка нет, боярин! Ты только посмотри! Нигде не сыщешь за такую цену. Хоть весь торг обойди.

– Погляжу, – сказал Шишкин, думая отделаться от назойливого купца.

– Сколь тебе надобно товара? – не унимался купец.

– Погляжу еще, и вернусь к тебе, коли что, – сказал Шишкин и стряхнул руку купца со своего плеча.

– Да чего глядеть-то, боярин!

– Не боярин я!

– Так все одно начальный человек.

Шишкин вдруг замер на месте. Он увидел всадника. Судьба! Не оставила она его! Он не мог поверить глазам – Ян Нильский!

«Вот так встреча! И где? На Москве! А этот здесь откуда?»

Шишкин быстро догнал его и обратился к ляху:

– Пан кавалер здесь?

Нильский обернулся и сразу узнал дьяка.

– Пан? Вот нежданная встреча.

– И я рад видеть пана. Никак не мог даже подумать о том. Пан уже остановился где-то?

– Нет, пан. Я только прибыл в Москву.

– Тогда пусть пан следует за мной. Я сумею разместить пана с удобствами.

– Буду тебе благодарен, пан. Я порядком устал с дороги.

Дьяк ещё и сам не разместился в Москве, но выпускать шляхтича из своих рук не хотел. Да и было у него куда пойти. Не зря в прежние годы служил он в Посольском приказе.

Был один дом, в котором жил человечек, коего Шишкин в своё время спас от лютой казни. То был содержатель мыльни (бани) именем Иван. И в старые годы Иван ограбил богатого купца и присвоил себе его кошель с деньгами. Купец поднял крик, и Ивану пришлось купца пырнуть ножом. Купец помер, а приставы скрутили мыльника и доставили в Разбойный приказ. Но тут появился дьяк Шишкин и Ивана от казни и пыток спас. С тех пор был тот мыльник ему верным человеком.

Одного боялся Шишкин, что помер Иван за эти годы, что не было его на Москве. Но мыльник был жив-здоров, и при своём деле. Голоса его ни с чем не спутать.