– Про сие сам думай, Богдан Яковлевич. Я тебе тайное молвил, а что делать с сим решай сам.

– И на том спасибо, князь. Не веришь мне полностью? А зря. Прогадаешь.

– Так ведь я тебя знаю хорошо, Богдан Яковлевич.

Бельский нисколько на слова Шуйского не обиделся. Он только криво усмехнулся и стал прощаться…

***

Путивль.

Стан самозванца.

4 мая 1605 года.

В стан царевича Димитрия Ивановича прискакал гонец. Он ехал, не жалея коней. И был это посланец от дьяка Разбойного Приказа Патрикеева молодой подьячий Иван Аникеев.

Он получил от дьяка Патрикеева сто рублей на дорогу и новый кафтан-терлик. Под кафтаном была крепкая кольчуга от лихих людей.

Коня подьячему подбирал сам Патрикеев из своей конюшни.

– Доедешь до первого яма. Коней меняй не жалея. Плати! Не жалей.

– Все сделаю, господин.

– Назад не возвращайся. На Москве будет опасно.

– Как прикажешь.

– Грамоту в шапке держи.

– Зашита крепко, господин. И шапка неказистая никто не посягнёт.