– Машенька мною обещана Борису Годунову. Сей юноша пойдет далеко. Знаешь ли его?

– Встречались, Григорий Лукьянович.

Так они увиделись впервые в жизни. С тех пор много лет минуло. Иным стал Богдан Бельский…

***

Царица похвалила Степана Попова.

– Ты доставил в Москву Бельского, Степан.

– Как было приказано, матушка-царица.

– Как он ехать согласился?

– Сразу, матушка-царица.

– Обрадовался?

– Еще как, матушка-царица.

– Это хорошо. Но надобно теперь приглядывать за ним. Мало ли что.

– Стало, не веришь ему, государыня?

– Хорошо знаю Бельского. Он ведь таков, что и мать родную продаст.

– Дак я уже приставил к нему людишек, матушка-царица.

– Молодец. Что на Москве?

– Да разное болтают.

– Про разное мне и без тебя есть кому рассказать. Мне надобно знать правду. Говори смело.

– Людишки черные говорят, что скоро быть Димитрию Ивановичу на Москве. Наши люди имают (ловят) воров, но разговоров о самозванце меньше не стало. Надобно нам, матушка-государыня, по-иному действовать. Одной лютостью того дела не решить.

– Батюшка мой, Григорий Лукьянович, токмо лютостью и действовал. И страх врагам царя внушал. Так и нам надобно. Но ты говори, что сам предлагаешь?