Я догоняю ее и вижу на ее щеках следы слез. Она не пытается игнорировать меня. Она старается сделать вид, что не хочет этого.

– О господи, что случилось? – Я копаюсь в своей сумке, нахожу пачку салфеток и мысленно благодарю отца за то, что он научил меня всегда быть наготове в путешествии. Конечно, они не пригодились для того, чтобы встать с кресла в самолете и высморкаться при изменении давления в кабине. Я рада, что сейчас они у меня есть, так как Лиззи берет одну, снова разразившись слезами.

– Прости, Эль. Я в порядке. Просто немного… – Попытка соврать не удается. С ней явно не все в порядке, хотя она пытается сохранять типичное британское внешнее спокойствие.

– Пойдем, возьмем что-нибудь выпить. Присядем где-нибудь, и ты мне все расскажешь. – Я предчувствую, что она собирается сказать «нет», поэтому я кидаю ей косточку. – Во всяком случае, я здесь не для того, чтобы рассказывать сказки.

Это работает. Девочки-подростки одинаковые во всем мире, и я когда-то была такой, поэтому знаю, как они устроены.

– Что ты имеешь в виду?

Я закатываю глаза, зная, что у нее есть такая привычка и что она обратит на это внимание.

– Ох, я только что пила чай с твоей матерью и ее подругами. Все прошло ужасно. Кажется, я вышла из себя, назвав их существование тошнотворной тратой времени.

Лиззи хлопает ладонью по губам, а затем толкает меня в руку.

– Да ну!

Я киваю.

– Ну да.

И этого достаточно. Взяв с меня обещание рассказать ей все, она идет со мной в отель. Мы находим удобный диван в пустом углу вестибюля и свертываемся на нем калачиком.

– Ладно, я рассказала тебе про свой день. Теперь ты расскажи мне про свой.

Лиззи кусает губу, и я начинаю думать, что она ничего не расскажет. Но постепенно она делится своей историей.

– Уилл Блэквайр такой болван. Мы были друзьями, когда он только переехал к нам с дедушкой, и мама постоянно твердит, что он влюблен в меня. Но мне пофиг. Можно вести себя прилично и неприлично. Он самый настоящий задира.

Она продолжает рассказывать мне о том, как он говорит ей всякие гадости, все чаще предпринимает ошибочные попытки флирта, но делает это грубо, так, как ни одна девушка или женщина не хочет слышать. Никогда за всю историю мира фразочки типа «Посмотри на эту толстую задницу! Сядь мне на лицо!» не работали, и я не знаю, почему мальчики любого возраста или в любой точке земного шара думают наоборот. Особенно когда за этим следуют попытки схватить за задницу, несмотря на протесты Лиззи.

– Знаешь что? Ты права. Можно вести себя прилично и неприлично. Думаю, ты выбрала неправильный вариант, как и Уилл.