Тролль понял лишь то, что птица замолчала и больше ему не угрожает. Он распрямил плечи и упер огромные руки в пол, поднимаясь.

— Вот уж нет!

Томми переключил рычажок — и из клювика канарейки вырвалось еще несколько трелей. Их хватило, чтобы тролль тут же попятился и снова закрыл голову руками.

— У меня эта птица! И ты теперь мой! Ты меня понял?

Томми выключил канарейку, и тролль тут же гневно зарычал.

— А ну, слушайся! — велел мальчик и сунул птицу чудовищному мистеру Бэрри под его длинный нос.

Тролль тут же успокоился и покорно сгорбился, его рычание превратилось в униженное ворчание, напоминающее звук педальной швейной машинки. На широкой уродливой морде было написано, что он готов подчиняться, готов на все, что угодно, только бы больше не слышать этих мерзких звуков, которые вылетают из маленькой металлической игрушки.

— Вот и хороший мальчик, — похвалил Томми и снова оглядел гостиную — на этот раз в поисках того, что могло пригодиться ему для задуманного.

Склонившись над останками одного из пугал, мальчик вытащил из кучи обломков две кисти рук на жердях и старое дедушкино пальто. После чего бросил взгляд на камин: подле стойки с совками и кочергами стояла одна из тех тяжеленных громадин-тыкв, которые он сам разгружал. Вся мякоть из нее была извлечена, а в кожуре прорезаны треугольные глаза и рот.

«Ты-то мне и пригодишься», — подумал Томми, после чего завернул тыкву вместе с деревянными обломками рук в пальто.

Взяв свой узел, он глянул на тролля.

— Эй ты! Иди к дивану!

Тролль нехотя послушался, и Томми залез сперва на спинку дивана, а оттуда перебрался на плечи чудовищу. Прижимая к груди сверток, он обхватил шею тролля ногами и взялся за его оттопыренное заостренное ухо.

— У-у-у… — оскорбленно провыл мистер Бэрри.

— Ничего не «у-у-у», — строго заметил Томми. — Ты мне поможешь, тролль, и тогда я тебя отпущу. Ты понял?

Тролль застыл на месте и, кажется, даже дышать прекратил — он задумался. Время уходило.

— Ты понял?

Томми пятками стукнул тролля по мшистой зеленоватой груди.

— У-у.

Чудовище так поспешно закивало, что мальчик едва не перелетел через его голову.