Метод, который мы использовали, чтобы доставить CRISPR-Cas9 и шаблон в ядро клетки, называется нуклеофекцией. Он задействует электрические импульсы, чтобы сделать мембраны клетки более проницаемыми. По завершении процесса редактирования я посмотрел в флуоресцентный микроскоп и увидел результат. Контрольная группа по-прежнему светилась синим. Группа, разрезанная с помощью CRISPR-Cas9 и не получившая шаблона для замены гена, не светилась вообще. Наконец, была и третья группа, разрезанная и отредактированная. Я посмотрел в микроскоп и увидел, что клетки светятся зеленым! Я отредактировал – а точнее, Хэмилтон отредактировала при моем деятельном участии – клетку человека и изменил один из содержащихся в ней генов.

Не стоит ужасаться тому, что я натворил: уверяю вас, мы взяли все, что я создал, смешали с хлорным отбеливателем и смыли в раковину. Но я узнал, что с описанным процессом без особого труда справится и студент, и ученый-отщепенец, обладающий некоторыми навыками лабораторной работы.

Портрет маслом кисти Льюиса Миллера, висевший в Колд-Спринг-Харбор

Глава 46. И снова Уотсон

Глава 46. И снова Уотсон

Интеллект

Осенью 2015 года в лаборатории в Колд-Спринг-Харбор, где Джеймс Уотсон в 1986 году запустил серию авторитетных ежегодных конференций по геномике человека, решили дать старт новой серии мероприятий, на этот раз посвященных CRISPR. В первый год в число выступающих вошли четыре наших главных героя: Дженнифер Даудна, Эмманюэль Шарпантье, Джордж Черч и Фэн Чжан.

Уотсон присутствовал на первой конференции по CRISPR, как и на большинстве мероприятий в Колд-Спринг-Харбор, и слушал Даудну, расположившись в аудитории в первом ряду, под своим роскошным портретом. Ситуация во многом повторяла первый визит Даудны в лабораторию летом 1987 года, когда она, тогда еще студентка аспирантуры, по-юношески волнуясь, представляла статью о способности некоторых РНК к самовоспроизводству. Когда Даудна рассказала о CRISPR, Уотсон поднялся и похвалил ее работу, ровно как и почти тридцать лет назад. Он подчеркнул, что важно развивать науку о внесении изменений в геном человека, не чураясь и улучшения интеллекта. Некоторым из присутствующих этот момент показался историческим. Стэнфордский профессор биологии Дэвид Кингсли сфотографировал Уотсона и Даудну за разговором[466].

Но когда я приехал на конференцию в 2019 году, Уотсона не оказалось на обычном месте в первом ряду. После пятидесяти лет работы ему запретили появляться на конференциях, а его портрет убрали со стены. Он был, по сути, изгнан и теперь живет со своей женой Элизабет в безбедном, но гнетущем уединении на северном конце кампуса, где занимает особняк Бэллибанг, построенный в палладианском стиле.