Тост вызвал негативную реакцию, особенно в твиттере. Лэндер, которому уже досталось за преуменьшение роли Даудны и Шарпантье в статье “Герои CRISPR”, принес извинения. “Я зря поднял этот тост и сожалею об этом, – написал он в служебной записке коллегам по Институту Брода, которую затем обнародовал. – Я отвергаю его недостойные взгляды. Им нет места в науке, которая должна принимать всех и каждого”. Он добавил загадочную ремарку, сославшись на беседу, в которой они с Уотсоном обсуждали еврейских спонсоров своих институтов. “Как человеку, который и сам становился адресатом его гнусных высказываний, мне следовало быть более внимательным к тому, какой ущерб может нанести готовность чествовать его каким угодно образом”[471].

Уотсон рассердился из-за утверждения Лэндера, что неправильно “чествовать его каким угодно образом”, и намека на его антисемитизм. “Лэндера вообще никто не принимает всерьез, – взорвался Уотсон. – Мою жизнь с самого начала определяла любовь моего отца к евреям, и все мои хорошие друзья в Америке были евреями”. В разговоре со мной он также подчеркнул, хотя это явно не смягчило бы его критиков, что ашкеназские евреи, которые веками жили на севере Европы, были генетически умнее других этнических групп, и подкрепил свое утверждение перечислением лауреатов Нобелевской премии из их числа[472].

Американский мастер

Когда в 2018 году создатели сериала “Американские мастера”, выходящего на канале PBS, решили снять документальный фильм об Уотсоне, предполагалось представить сбалансированный, глубокий, сложный и детальный взгляд как на его научные триумфы, так и на его спорные воззрения. Уотсон всячески содействовал телевизионщикам и пустил съемочную группу в свой изящно обставленный дом, а также в кампус Колд-Спринг-Харбор. В фильме рассказывалось обо всей его жизни: о дружбе с Фрэнсисом Криком, о спорах из-за самовольного использования снимков ДНК, сделанных Розалинд Франклин, и даже о поиске генетических методик лечения рака, которыми он занялся на завершающей стадии своей карьеры. Особенно проникновенными стали сцены с Уотсоном, его женой и сыном Руфусом, который страдает от шизофрении и в свои сорок восемь лет по-прежнему живет с родителями[473].

Не обошлось и без упоминания о спорах, вызванных высказываниями Уотсона о расе. Джозеф Грейвз, первый афроамериканец, получивший докторскую степень по эволюционной биологии, авторитетно развенчал его позицию. “Мы многое знаем о генетическом разнообразии человека и его распределении в мире, – сказал он, – и нет совершенно никаких свидетельств о существовании генетических различий, которые наделяли бы какую-либо человеческую субпопуляцию более высоким интеллектом”. Затем интервьюер дал Уотсону возможность – и едва ли не подтолкнул его – отказаться от некоторых из сделанных ранее спорных утверждений.