После осмотра польские женщины приготовились ехать домой, доктор Гитциг совещался со своими коллегами, а я тем временем решила раздать привезенные из Штатов подарки.

– Девушки, подходите ближе, – позвала я и достала из чемодана красивую сумочку из темно-синей кожи, с блестящими золотыми пряжками. – Это подарки от чудесного американского магазина «Лейн Бриант». – «Кролики» стояли как вкопанные. Мне показалось, что они слишком уж серьезные. – Прошу вас, не стесняйтесь, – сказала я и выше подняла сумочку. – Это все бесплатно. Это подарки. Синий в этому году в моде.

Никакой реакции.

Я достала коробку шоколада «Уитменз сэмплер». Название на упаковке было вышито крестиком.

– Кто-нибудь любит шоколад? – Никто даже на шаг ко мне не приблизился. – А «Фиг Ньютонз»? Это печенье.

– Может, мы лучше сфотографируемся? – предложила Кася и показала на мой фотоаппарат «Лейка».

Женщины собрались перед камерой, как букет цветов. Фотоаппарат настроился автоматически.

– Каким будет маршрут нашей поездки? – спросила Кася.

– Пока мы планируем начало маршрута в Нью-Йорке, оттуда вы разъедетесь по всей стране. Останавливаться будете в частных домах. Затем группа воссоединится в Сан-Франциско и отправится в Лос-Анджелес. Из Лос-Анджелеса на автобусе через всю страну с посещением Лас-Вегаса в Техасе. Конечный пункт маршрута – Вашингтон.

Кася перевела мои слова подругам, которые подошли поближе к ней. Я ожидала, что они хотя бы начнут улыбаться, но нет – женщины оставались серьезными.

– Они желают знать, из какого порта отходит корабль, – объяснила Кася.

– О, никакого корабля не будет. «Пан Американ эйрвейз» предоставляет вам бесплатный перелет.

Последовала оживленная дискуссия на польском, но теперь женщины начали улыбаться.

– Большинство из нас никогда не летали на самолете, – объяснила Кася.

Доктор Гитциг выглянул из кабинета, все взгляды обратились на него.

– Мы утвердили окончательный вариант списка, – объявил он. – Можно вас на минутку, мисс Ферридэй?

Я поспешила присоединиться к доктору в нашем смотровом кабинете.

– Поездку разрешили всем, – сообщил Гитциг.

Я с облегчением выдохнула:

– Слава богу.