У меня голова пошла кругом.

– О господи, Эрл, это все нам?

– Еще десяток в грузовике остался. Закидывали сюда через окно.

– Эрл, а как же неофициальный девиз почты США: «Ни снег, ни дождь, ни жара, ни мрак ночи не помешают нашим курьерам доставить вашу посылку вовремя»?

– Простите, мисс?

– Почему ты мне не сообщил?

Я подобрала с пола несколько конвертов с обратными адресами из Бостона, Лас-Вегаса… Из Мексики?

– В Рождество у меня тут пятнадцать работников, – сказал Эрл. – А летом я один справляюсь. Там еще в подвале имеется. Столько, что парикмахер и войти не смог.

Мистер Гарденер привел к почте весь мамин клуб садоводов, оснащенный ручными тележками, и мы переправили всю почту в «Хей». Клайд сидел верхом на мешке, как на пони, а Леди Чаттерлей трусила в хвосте процессии.

Мы открывали конверты и раскладывали письма по кучкам на обеденном столе, при этом громко оглашали имя отправителя и краткое содержание.

– Семнадцать журналов планируют открыть линию одежды для наших девочек! – сказала Салли Босс. – Доктор Джейкоб Файн из «Маунт-Синая»[43] готов безвозмездно оказать медицинскую помощь…

Нелли Берд Уилсон помахала над головой бланком с логотипом ресторанов Роя Роджерса:

– Кевин Клаусен из Батон-Ружа предлагает бесплатное питание.

– Как мило, – заметила я, быстро-быстро составляя список пожертвований.

Мама не успевала вскрывать конверты.

– Кэролайн, пиши – Национальный еврейский госпиталь в Денвере.

– Университет Уэйна, – объявил мистер Гарденер. – Доктор Джером Краус, дантист.

Салли подняла над головой письмо со штампом в виде замка.

– Диснейленд в Анахейме – бесплатные билеты… Девочки будут почетными гостями мистера Диснея.

– Кэролайн, Фонд Дэнфорта прислал чек, – сказала мама. – Просто невероятно!