– Ей платила королева, – продолжает Джордж. – Одному Богу известно, как долго она за нами шпионила. Но когда Изабелле пришла пора рожать, она была так счастлива и уверена, что это будет мальчик, что королева приказала своим слугам использовать порошки.

– Какие порошки?

– Итальянские порошки. Это яд.

– Ты в этом уверен?

– У меня есть доказательства, и судья признал ее виновной и приговорил к смерти.

– Его доказательства заключаются лишь в том, что Анкаретта сказала, что работает на королеву, – вмешался Ричард. – Это не дает нам уверенности в том, что именно королева приказала убить ее.

– А кому еще придет в голову причинить вред Изабелле? – просто спросил Джордж. – Разве ее не любили все, кто ее знал?

Я молча киваю. Мои глаза наполнены слезами, и я ничего не вижу перед собой.

– А что случилось с ее малышом?

– Сразу же после смерти Изабеллы и роспуска прислуги Анкаретта отправилась в Сомерсет, – продолжает Джордж. – Но свои порошки она оставила у своего дружка, Джона Терсби, конюха при замке Уорик. Это он дал их ребенку. Судья признал их обоих виновными, и их обоих казнили.

Я вскрикнула и посмотрела на Ричарда.

– Ты должна остерегаться, – предупреждает меня Джордж. – Не ешь ничего из приготовленного на ее кухне, пей вино только из собственных погребов, пусть при тебе открывают бутылки. Не доверяй никому из своих слуг. Больше ты ничего не сможешь сделать. Мы не можем защититься от ее колдовства иначе, как нанять собственную ведьму.

– Вина королевы не доказана, – упрямо заявляет Ричард.

В ответ Джордж лишь коротко смеется:

– Я потерял жену, невинную женщину, которую ненавидела королева. Мне не нужно других доказательств.

Ричард качает головой.

– Нам нельзя разделяться во мнениях, – настаивает он. – Мы – трое сынов Йорка. Эмблема Эдуарда – это три солнца на небосводе. Мы так многого добились, через многое прошли. Нам нельзя сейчас разделяться.

– Я верен тебе и верен Эдуарду, – клянется Джордж. – Но жена Эдуарда – мой враг и враг твоей жены, кстати, тоже. Она отобрала у меня лучшую женщину, о которой только может мечтать мужчина, и моего собственного сына. Я сделаю все, чтобы она больше не причинила мне вреда. Я найму людей, чтобы пробовали мою еду, усилю охрану, найду волшебника, чтобы он защитил меня от ее злого колдовства.

Ричард отворачивается и смотрит в окно, словно ищет ответа в струях дождя со снегом.

– И я пойду и расскажу обо всем этом Эдуарду, – медленно говорит Джордж. – Я не знаю, что еще можно сделать.