Татарский хан[1428], Маврогений[1429], Ибрагим-паша и прочие скоро исчезнут. Завладев Валахией, мы добудем и Трансильванию, и если Его Императорское Величество преуспеет в Банате, чего нам следует ожидать, то он сумеет перейти от оборонительных действий к наступательным, переправить через Дунай корпус генерала Вартенслебена и, пожалуй, стать осадой под Белградом.
Именно таков план, о котором Он соизволил поведать мне некоторое время тому назад. К несчастью, длинная цепь почтовых перегонов в горных краях да оплошности некоторых особ стали причиной тому, что неприятель смог ворваться в Его пределы.
Я надеюсь прибыть вовремя к Вашему Превосходительству, дабы стать свидетелем тому, как Вы соблаговолите возместить причиненный нам ущерб. Вижу я с удовольствием и подтверждаю, что наша судьба находится в Ваших руках. Князь Потемкин примет в ней живейшее участие, равно как петербургское правительство, желающее того же. Я нисколько не сомневаюсь, что Вы получите столько казачьих отрядов, сколько попросите. В сию пору года Ваше Превосходительство совершило множество чудес. Турки, раздосадованные, полагаю, не менее моего, тем, что столько наслышаны о Хотине и Очакове, спасутся бегством из их окрестностей и вернутся в Азию.
Предвижу я окончание кампании еще более удачное. Предвижу я грядущую блистательную кампанию. Пусть будет позволено мне предвидеть, что Ваше Превосходительство сохранит ко мне благосклонность и воздаст должное моим чувствам к нему, в которых смешались преданность, почтение и восхищение и с которыми я имею честь быть,
господин маршал,
Вашего Превосходительства
нижайшим и преданнейшим слугой Линь, генерал-фельдцейхмейстер
Лагерь близ Очакова, 2 октября 1788 года.
Принц де Линь П. А. Румянцеву, Яссы, 9(20?) октября 1788 г.[1430]
Принц де Линь П. А. Румянцеву, Яссы, 9(20?) октября 1788 г.[1430]
Господин маршал,
я не вполне способен выразить Вашему Превосходительству счастье, которое испытываю, пребывая так близко от Вас и имея возможность предстать завтра перед Вами с поклоном. Вы и так уж оказываете мне слишком много чести, посвящая в подробности, как соизволили то сделать в письме, которым удостоили меня и которое я получил в дороге.
Я всегда буду держаться того, что Ваше Превосходительство сочтет возможным для блага двух наших империй, и я не позволил бы себе ни малейшего предложения, если бы оно не было в сем отношении, как и во всех прочих, отмечено печатью гения, что внимает столь многим, отвечает и соблаговоляет наставлять. Посему я направляюсь в Вашу армию, господин маршал, не для того, дабы говорить с Вашим Превосходительством о том, что Вам ведомо лучше, чем мне, но дабы иметь возможность выразить счастье служить под Вашим командованием. Мои дети напишут на моем надгробии: «Он служил под началом победителя при Кагуле и Ларге».