– Но разве вы сами не подвергаетесь опасности? Что, если к нам пристанут обезумевшие поклонники, возжелавшие оторвать кусок ткани от вашего пиджака?

Он нахмурился, но, увидев, что она больше не сдерживает улыбку, против воли улыбнулся сам.

– Что ж, придется рискнуть.

Через некоторое время они добрались до хостела Алтеи на площади Дорсет. Тони взял у нее ключ и открыл дверь, после чего, сняв шляпу и не обременяя себя долгими раздумьями, предложил:

– Не хотите ли как-нибудь съездить со мной на море? У меня есть там дом, очень хороший.

На секунду Алтея задумалась, держа руку в перчатке на дверной ручке и спокойно глядя на него, после чего ответила:

– В субботу я работаю, но в следующее воскресенье свободна и с удовольствием приму ваше приглашение.

Когда он рассказал об этом Гаю, своему соседу по полуразвалившейся квартире на площади Онслоу, тот сказал:

– Тони, ты сошел с ума. Везти девушку, которую видишь впервые в жизни, в Боски? Разве это вариант не для тех, с кем точно выгорит?

– Да ладно тебе, Гай, – вклинился в разговор Саймон Чалмерс, еще один их сосед, присоединившийся к ним позднее в тот вечер и тоже видевший Алтею. – Девушка того стоит, старина. И к тому же она прекрасная актриса.

– Актриса?

– Да. Она играет в «Сентрал», но этим летом появится и в Театре под открытым небом. У нее специальное приглашение.

– Как же тогда получилось, что она никогда о тебе не слышала, а, Тони? – спросил Гай издевательским тоном и засмеялся.

– Оставь его в покое, – ответил Саймон, доставая сигарету из кармана Тони, и тот с благодарностью улыбнулся ему, ничуть не удивившись: Саймон был известен тем, что уводил девушек прямо из-под носа друзей при любой представившейся возможности. Между собой они называли Саймона Вальсирующей Змеей – эта кличка прицепилась к нему после того, как он буквально увальсировал одну из первых влюбленностей Гая, стройную блондинку-дебютантку по имени Кандида.

– Спасибо, старина Саймон, – поблагодарил Тони соседа, на что тот с невозмутимым видом заметил:

– Ты же знаешь, Гай, как это тяжело для Тони. Бедняга просто не успокоится, пока лично не дефлорирует всех девственниц Лондона. Может, приведешь ее сюда, старик? Я что-то не разглядел ее в первый раз.

– Держи карман шире, Саймон, – ответил Тони, глядя в окно на сад на площади, где уже царило первое весеннее цветение. – Только не ее.

Они почти добрались до Боски, и сердце Тони привычно переполнилось радостью при виде ласточек, вылетавших из живых изгородей, огромного кургана, возвышавшегося за ними, и изогнутых проселочных дорог, заросших цветами. Подъехав к дому, они свернули на узкую подъездную дорожку, и Тони заглушил двигатель.